Когда прозвучал стартовый сигнал, все мысли разом вылетели из головы. Артемий поддал газу, и тачка его буквально влетела в тоннель. Долгое время тот просто шел прямо. Неужели случайная трасса окажется самой скучной за все время? Нет. Вскоре коридор стал заметно сужаться и одновременно с этим – по чуть-чуть сворачивать все левее и левее. Лампы под потолком едва светили, поэтому, когда впереди показалось пятно света, Артемий сразу понял – тоннель вот-вот выведет его в новое, ярко освещенное помещение. Через несколько секунд его тачка вырвалась из узкого коридора в более широкий и… слева, буквально в паре метров, из такого же тоннеля вылетела другая тачка. От неожиданности Артемий крутанул руль вправо и лишь чудом не влетел в стену, а другой шумахер инстинктивно уклонился влево и тоже едва не впечатался в стену. Кажется, это был Свят. Ох! Артемий почувствовал неприятный холодок. Гонка едва началась, а они уже чуть друг друга не выбили! Скучной эта гонка точно не будет!..

* * *

Использовать ИИ-ассистентов для работы с программным кодом – обычное дело. Стоит закинуть фрагмент кода, и нейросеть сможет предположить, что должно быть в нем дальше. Или было «до». Часть вариантов ассистент отсекал сразу – с ними программа просто не работала бы. Остальные выглядели более или менее правдоподобно. Чем сложнее код, тем больше таких версий предлагала нейросеть. Дальше Калеб изучал предложенные фрагменты кода сам и, опираясь на опыт и интуицию, делал предположение – какой из них подходит больше. Процесс анализа можно упростить, если подкинуть нейросети вводных – например, предположений, для каких целей программа создавалась или каким требованиям должна соответствовать. Что же в этот раз? Действия Ската не должны быть чересчур подозрительными – иначе система безопасности может его заблокировать. Все должно быть замаскировано под какое-то максимально невинное действие. Возможно, программа похожа на «червя» – попадает в систему под видом чего-то невинного, а потом уже постепенно распаковывается и начинает вносить изменения. Далее. Идея была в том, чтобы доказать, что в работу управляющим Станцией ИИ можно вмешиваться. Значит, изменения будут вносится в какую-то из систем, управляемых им.

Когда ассистент выдал первый результат, Калеб наконец осознал, что его удивило еще на созвоне. В коде, ближе к концу фрагмента, мелькнуло упоминание «настроек виртуальной реальности».

VR? Что за глупость?! Зачем им туда-то лезть? Самое дурацкое, что можно придумать!

Хм. Ну, ничего. Он обязательно разберется!

Теперь, когда ИИ сделал первые предположения, у Калеба появились новые догадки и возможность дополнить свой запрос. Вообще, любая из общедоступных нейросетей отказалась бы обрабатывать код, как только стало ясно, что речь идет о вредоносной программе. Поэтому своего ассистента Калеб «развернул» локально, на личном облачном пространстве. Да, из-за этого почти не оставалось места, зато легко обойти различные ограничения. Был еще один недостаток – такой ассистент, лишенный мощностей главных серверов Станции, обрабатывал запросы медленнее общедоступных. В этот раз скорость обработки данных вызывала раздражение, хотя обычно Калеб легко мирился с этим недостатком. Он вдруг понял, что им движет уже не обида на то, что его не поблагодарили и не поделись планом. И даже не обычное любопытство и привычка почти во всем видеть интересную головоломку. Где-то внутри зрело нешуточное беспокойство. Чего именно Скат не договаривал? Что с его планом не так? До этого Калеб искренне верил, что действовал ради всеобщего блага, но с чего он взял, что его представления об этом совпадают со взглядами Ската и его соратников? Стоило с самого начала настаивать на том, чтобы его полностью посвятили в замысел!

Калеб помотал головой. Хватит! Один способ выяснить все у него есть – разобраться в коде «червя». Почему «Настройки виртуальной реальности»? Чтобы громко заявить о возможности изменения системы, логичнее выбрать что-то другое. Электричество. Температурный режим. Может, это просто обходной путь? Через настройки одной подсистемы найти лазейку к другой, более защищенной? Пальцы едва поспевали за мыслями. Хорошо составленный запрос – «промпт» – основа успеха, когда речь идет об ИИ-ассистентах. Калеб учился составлять их с раннего детства и накопил нешуточный опыт.

Правда, в этот раз этот опыт почему-то совсем не помогал. Ассистент не подтвердил его предположение, что целью должна быть не виртуалка, а какая-то другая подсистема. Калеб был уверен, что программа должна вносить изменения от имени отца. Ведь он – член Совета, а значит, так проще будет доказать, что людям врут про невозможность управления Станцией в обход Матушки. Но и тут нейросеть подсказывала что-то странное. Дескать, вирус должен замаскировать вмешательство. Выставить все так, что изменения внесены Матушкой. Ну, бред же… Зачем тогда это все?!

Калеб упрямо составлял промпт за промптом, нервно покусывая губы всякий раз, когда нейросеть тянула с ответом. Ассистент упорно выдавал один и тот же результат – вирус создан, чтобы изменить что-то в настройках виртуальной реальности. От имени Матушки. В какой-то момент Калеб решил, что ИИ просто-напросто заглючил. Начать диалог с нейросетью заново? Неужели столько времени потрачено впустую? Прежде чем очистить историю, Калеб решил напоследок проверить – каким будет результат, если он согласится с доводами ИИ? Допустим, цель червя – виртуалка, а изменения вносятся так, чтобы все решили, что это сделала Матушка. Что именно должно поменяться в настройках? В этот раз ответ особенно долго не приходил, и Калеб решил, что ИИ окончательно завис. Пока он раздумывал – стоит ли сбросить процесс и начать-таки диалог заново, как по проекции экрана побежали строчки ответа.