— Наследный принц становится императором, когда умирает нынешний император. Очевидно, император присматривает за потенциальными наследниками, в то время как принцы-соперники присматривают друг за другом.

— А. Дворцовые интриги. Как это утомительно. Подумать только, люди увязают в таких болотах, когда ветры, танцующие над землей, свободны для тех из нас, у кого есть крылья.

Это было восхитительно поэтичное высказывание, но Элен зацепила одна фраза.

— Танцующие ветры. Интересно, имеет ли это какое-то отношение к Танцу Ветра. Ты помнишь что-нибудь о многочисленных достижениях принца? Изящество и Грация в Танце Ветра, Феноменальный Художник и Виртуоз Пера, Мастер Лиры и Выдающийся Бард, Автор Двенадцати Циклов и Трехсот Шестидесяти Поэм о Славном Основателе.

— Это звучит утомительно. Нет, я ничего этого не знаю.

Она подумала о том, как он стоял с открытыми руками в бассейне, в точно такой же позе, как принц на Привале.

— Может быть, физические действия будут даваться тебе более естественно, потому что тело помнит.

— Возможно, так оно и есть. Прошлой ночью я притворился, что потерял сознание, чтобы подслушать и запомнить язык. Если бы я быстро не научился, то давно был бы мертв.

— Разве призрак уже не мертв?

— «Призрак» — это твой термин, помощница-курьер. Ты не сказала мне, как тебя зовут.

— Его Возвышенное Высочество Принц Гевулин никогда бы не снизошел до того, чтобы узнать имя такого скромного курьера, как я, так что с твоей стороны было бы странно, если бы ты его знал. Ему бы и в голову не пришло обратить на меня внимание… — Неподалеку залаяла собака, на что тут же откликнулась вторая. — …и это создаст проблемы, если нам с тобой понадобится поговорить еще раз. Что мы и сделаем.

Он собрал остальную одежду.

— Продолжай.

Пока он надевал униформу, она как можно быстрее рассказала ему о том, что произошло, — кусочки информации, на которые она прыгала по мере того, как они приходили ей в голову. Неожиданное прибытие принца в Привал Орледдер. Очевидная вражда с принцессой Асталин, которая переросла в конфликт с лордом Дуэнном. Имена его свиты. Фулмо был гагастом, о чем, как ни странно, он уже знал, хотя она и не могла рассказать ему, как гагаст стал служить принцу. Что империя разделена на провинции, которые соединены имперскими дорогами и разделены поднимающимися озерами и морями Пелены. Обвал, перекрывший Северную Дорогу, о которой все знали, но которую скрывали от принца. Необходимость объезда.

— И наш дальнейший путь?

— Я расскажу об этом по дороге. Наш маршрут и местность — это то, о чем я могу открыто говорить в присутствии принца, не вызывая подозрений. Мы будем идти много дней. Я буду идти в быстром темпе, что даст тебе повод сосредоточиться на марше, а не на разговорах. По возможности не говори ничего. Пусть твои стражи выполняют свою работу. Я не думаю, что они что-то подозревают, потому что не знают о существовании призраков и о том, что те могут завладеть телом.

— И если они заподозрят?

— Убедись, что они этого не сделали. Наказание за колдовство такое же, как и действия, предпринятые для уничтожения Спор.

— Огонь. Смерть сожжением.

— Откуда ты это знаешь? — Он был заблудившимся колдуном? Она все еще не решалась спросить, но спящая деревня вызывала у нее беспокойство.

— Я хороший слушатель, особенно если мне нравится, когда человек говорит. — Он улыбнулся и, словно рефлекторно, протянул руку. На мгновение ей показалось, что он собирается взять ее за руку, но затем он нахмурился и отдернул ее. Его губы зашевелились, произнося беззвучный комментарий, который она не смогла разобрать. Он подошел к алтарю у восточной стены и, совершив кощунственное действие, вскочил на постамент для жертвоприношений, приготовившись перелезть через стену и спрыгнуть на территорию архонта за ней.

Он остановился и посмотрел вниз с высоты. Луна заливала его лицо приятным светом. Он стоял так, словно пустой постамент алтаря был построен специально для него, чтобы он мог спуститься на землю с Высоких Небес, но это была кощунственная мысль. Только император и его клан могли претендовать на родство с Высокими Небесами. Остальные обитатели этой земли были всего лишь заурядными душами, потускневшими осколками вместо сверкающих драгоценностей.

Низким и странно напряженным голосом он сказал:

— Я хотел бы узнать твое имя из вежливости, если ты не прочь поделиться им со мной, помощница-курьер. Что касается меня, то мое настоящее имя не может быть произнесено человеческим языком. Если мы когда-нибудь снова останемся наедине, ты можешь называть меня Джесавура'алалин. Переплетение имен, если так сделаешь, как знак уважения к принцу. Это лучшее, что я могу сделать, и я предлагаю это с уважением и… с надеждой.