— Она была единственной, кто оплакивал его.

Кем и Ипис не поняли ни единого слова из их разговора.

Ипис попыталась снова, говоря громко и с преувеличенной медлительностью.

— Нам. Нужна. Латрина.

— Они не говорят на этом языке, — сказал Кем. — Здесь.

Он дружелюбно улыбнулся и изобразил, что присел на корточки, помахивая рукой у себя за спиной, словно отгоняя вонь. Солдаты захихикали, забавляясь этим зрелищем. И действительно, их отвели в сторону, в каменный коридор, где пахло сыростью. Иней хрустел у них под ногами, потому что было очень холодно. Отопления не было. В крытом деревянными досками кабинке, выступавшей из стены крепости, их оставили сидеть на корточках над дырой над дорожной насыпью, моча и фекалии стекали в размазанную, замерзшую кучу поверх того, что было оставлено раньше. Летом вонь будет невыносимой. И все же Элен не помнила запаха. Может быть, она никогда его не замечала.

— Нет уксуса? Губок? — спросила Ипис. — Как мы можем?..

— Это отвратительно, — сказал Кем. — Неудивительно... — Он замолчал, глядя на Элен.

— Да, — согласилась она. — Будем надеяться, что принц нашел жилье получше. Я уверена, он не захочет, чтобы от его свиты воняло.

Ипис достала свою фляжку и вылила остатки воды на их протянутые руки.

— Я не вынесу, если буду думать об этом иначе.

Они направились обратно во двор. К этому времени пятна на нижнем белье и брюках Элен задубели, хотя и не совсем высохли, потому что в такую холодную погоду на высыхание уходило слишком много времени, так что отвратительные условия не имели для нее особого значения. Хорошие ботинки и теплый плащ компенсировали небольшой дискомфорт.

— Интересно, сколько еще осталось до принца? — спросила Ипис, когда они вошли во двор, где была запряжена новая упряжка лошадей.

Солдаты отступили к воротам вместе со своими товарищами. У кареты стояла высокая фигура, ожидая их. Фигура обернулась, когда они подошли.

Это была передатчица.

14. ПЕРЕДАТЧИЦА

Капитан Ворон была одета в облегающий кожаный жилет и бронированную юбку из кожаных полосок, снабженных металлическими заклепками. На поясе у нее висел меч в ножнах. К колесу кареты был прислонен колчан с луком. Ее красиво очерченные руки были обнажены, кожа отливала серебристым блеском, который Элен заметила раньше. Под бронированной юбкой на ней были не солдатские ботинки, а летние армейские сандалии, зашнурованные до колен на мускулистых икрах. Если холод и беспокоил ее, она этого не показывала. Она была прекрасна, как прекрасен хорошо сделанный меч: потому что он может делать то, для чего его выковали.

Она уперла одну руку в бедро, изображая то ли нетерпение, то ли удивление. Слабый солнечный свет, приглушенный облаками, создал остроконечную корону из ее коротко остриженных волос, но самым странным в ней был узор, похожий на слабый серебристый ореол, или ауру, обрамлявшую ее фигуру, словно плащ, сотканный из неосязаемых крыльев. Ничего, к чему можно было бы прикоснуться, но часть ее самой.

Лувиара говорила, что айвуры не были людьми, хотя некоторых из них можно было принять за людей. Капитан Симо называл их монстрами и говорил, что они обладают звериными качествами, которые дают им обостренные чувства, силу и скорость. При ближайшем рассмотрении передатчица показалась Элен более странной и, одновременно, более обычной, чем она ожидала.

Передатчица язвительно сказала:

— Проходите, проходите, хватит грубо пялиться, осге. По крайней мере, вы, южане, понимаете, что такое чистоплотность. Конечно, я заметила, что большинство людей на этой земле едва могут прокормить себя, и им не остается ничего лучшего, как балансировать на грани голодной смерти. Можно было бы подумать, они убьют тех, кто хорошо ест, оставляя остальных голодать, но вместо этого голодные на пустых животах ползут за сытыми. Очень странно, конечно.

Она забралась в карету со своим снаряжением.

Они последовали за ней. Кем смело уселся рядом с передатчицей, а Ипис и Элен сели на скамью напротив. Кучер свистнул лошадям, и они направились на север по священной дороге.

— Южное Кольцо недалеко, — сказала передатчица, оглядывая каждого из них по очереди. — Вас двоих не смущает присутствие осге?

— Что такое осге, Ваше Достоинство? — уважительно спросил Кем. Ипис все еще выглядела подозрительной, как будто не была уверена, что готова разговаривать с варваром, особенно с тем, кого ее уважаемый капитан Симо считал чудовищем.

— Тот, кто несет яд. Смертельный для всех и каждого.

— Она имеет в виду мой шрам, — нетерпеливо сказала Элен, дотрагиваясь до своей шеи.

— Эта штука? — озадаченно спросил Кем. — Почему?

— Шрам — это клеймо, которым помечен яд внутри, — сказала передатчица.