Она поспешила вверх по лестнице, а за ней — отряд ополченцев Пелиса. Они протиснулись мимо нее и направились обратно в переулок, к заднему двору Манора. Она не знала, что они собираются делать. Внезапно она поняла, что Кема не было на месте. Он, что, спустился в подвал вслед за ней? Или последовал за ополченцами, желая принять участие в сражении?

Не так далеко на землю рухнуло что-то тяжелое, заставив содрогнуться землю, здания и даже ее кости. Это приземлилась сарпа. Гадюка извивалась, желая выбраться.

Шум в переднем дворе сменился звуками бессловесного ужаса.

Что, если Кем пошел посмотреть? Что, если сарпа прямо сейчас обращает свой дикий взгляд на мальчика?

Элен побежала по переулку и оказалась за углом казармы. Спрятавшись за углом, она выглянула на передний двор с его мощеной площадью, широкой лестницей, ведущей в главное здание, и портиком, окружающим церемониальный зал. Сарпа действительно вернулась на землю. Она разбрызгивала кислоту, поражая солдат, которые к тому времени просто пытались убежать. Вонь кислоты и горелой плоти была невыносима, звучали стоны и сдавленные крики. Настоящий кошмар. Ополченцы Дуэнна бросились к внешним воротам. Один из них повернул голову и увидел ее, но какое ему было до этого дело? Он побежал дальше за остальными. Сейчас для них имело значение только одно — спастись бегством.

Сарпа с хриплым кашлем плюнула им вслед. Элен стиснула зубы, когда капли кислоты попали на спины солдат. Некоторые споткнулись и упали, застыв от страха, а другие в панике бросились бежать еще быстрее. От зверя исходил резкий запах, похожий на тот, который выдыхают раскаленные пески — жгучий и заставляющий глаза слезиться, — в сочетании с тошнотворным смрадом горелой плоти.

Где же Кем?

Сарпа бросилась к закрытым двустворчатым дверям церемониального зала и ударила по ним головой. Двери затрещали, но не открылись. Сарпа не могла попасть внутрь, где было так жарко, как ей хотелось. Она ударила хвостом по резной деревянной колонне портика. Колонна с треском раскололась и рухнула. Крыша портика накренилась. От второго удара хвостом черепица с грохотом посыпалась на землю.

Сарпа снова ударила по двери своей тупой головой. Еще один треск, но дверь устояла. Зверь отпрянул, напрягая мускулы, и снова ударил с ошеломляющей силой. Крыша зала содрогнулась, и еще больше черепицы с грохотом посыпалось на землю. Наконец правая дверь поддалась, но, хотя сарпа и ткнулась носом в проем, она не смогла проникнуть внутрь.

Зверь был разъярен, расстроен и полон решимости, собирая свои мысли и силы. Длинное тело заполнило половину двора. Каждое его извивающееся движение бездумно прокатывалось по хрупким человеческим телам, устилавшим землю. Возможно, быть раздавленным было милосердной смертью для тех, кто все еще умирал. Если в мире было милосердие, и если быстрая смерть действительно была милосердием.

Сарпа снова отступила, готовясь к новой атаке на зал.

Где же Кем? Она стряхнула с себя оцепенение.

— Эрвис, — позвала она, но гений не пришел к ней, да и с чего бы это? Она была ничем и никем, всего лишь помощницей-курьером и даже не жительницей Манора. У нее вспотели ладони. На сердце было холодно, гадюка внутри казалась острой и горячей. Внезапно толпа людей надвинулась на нее, прижимая к стене, закрывая своими телами. С прижатой рукой она была беспомощна, чтобы защититься.

Но это был принц. Ксилси. Джирви. Ипис.

И Кем.

Во имя Высоких Небес, Кем нашел их. Он присоединился к стражам, а не по глупости побежал смотреть на ужасную бойню, как она. Он знал, где должен быть, ее дорогой мальчик.

Из глубины зала донесся резкий свист. Пронзительный звук вгрызся в ее тело. К счастью, этот свист прекратился, но за ним последовали четыре коротких и еще один высокий, такой долгий и резкий, что она подумала, что от его силы ее кости рассыплются в пыль.

Свист прекратился. Все во дворе замерло, словно окутанное туманом Пелены.

Повинуясь команде, сарпа расправила крылья. Их кожистый размах скрыл зал от ее взгляда. Зверь устремился к главным воротам, перелетая через все, что попадалось на его пути: ползущего человека, неподвижного лося, каменную скамью, которая опрокинулась набок, обнажив двух ополченцев, съежившихся за ней. Но теперь все это ничего не значило для сарпы.

Она рванулась вперед, расправила крылья и, пыхтя, попыталась подняться. Над ее левым глазом взметнулось облачко черного пепла — гений гнал ее к главным воротам. Сарпа разрушила перемычку над воротами, и вырвалась на открытое пространство. Там она с потрясающей силой замахала крыльями. Деревья согнуло. Листья зашелестели. Сарпа взмыла в небо, сопровождаемая истерическим смехом, горькими стонами, мучительным плачем, топотом бегущих за стеной лосей и множеством голосов, слившихся в громоподобный поток неузнаваемых слов.

По всему двору были разбросаны обломки, оставшиеся от прохода сарпы.

Элен перевела дух, думая, что у нее будет время подвести итоги, пообщаться с Кемом.

— Вперед, со мной, — сказал Гевулин.