Дорога пошла вверх между холмами, а воздух стал немного прохладнее.

Мэй и девочки прилипли к окну и восторженно ахали, глядя на залитые закатным солнцем горы.

А я смотрела вместе с ними, чувствуя, как в груди щемит давно забытое чувство.

Зелёные склоны поднимались к серым скалам. Вдоль дороги то и дело попадались старые заросшие отвалы и покосившиеся деревянные вышки заброшенных шахт.

Мы ехали через мои земли.

Я смотрела на зелёные холмы Эмберлейна, на горы вдалеке, а снова видела перед собой бабушкин дом и юношу с чёрными волосами, который когда-то обещал, что никогда меня не отпустит.

Семь проклятых лет я старалась не произносить имени Ксандра даже мысленно. Убеждала себя, что так будет легче. Что воспоминания однажды поблекнут, боль утихнет, а прошлое перестанет преследовать меня по ночам.

Но оно так и не перестало…

А теперь я еду сюда в качестве его фиктивной жены, и между нами огромная пропасть.

И вдруг за очередным поворотом я увидела ЕГО.

Замок Эмберлейн.

Хотя “замок”, конечно, громко сказано…

Скорее большой старый особняк, который бабушка упрямо называла замком, чтобы не уступать соседям и даже пристроила к дому две маленькие башенки. Он выглядывал вдалеке из-за верхушек деревьев, но даже издалека я заметила дыры в крыше. А некогда светлые стены выглядели выцветшими и облезлыми.

Я закусила губу, чувствуя, как задрожал подбородок.

Мне безумно хотелось крикнуть Эвану, чтобы он свернул и заехал туда хоть на миг. Чтобы я могла просто пройтись по бабушкиному саду и убедиться, что дом ещё крепко стоит на земле.

Но я промолчала. Втайне надеясь, что Ксандр не сделает меня пленницей в своем замке, выполнит условия сделки, и я смогу потом сходить туда с девочками.

Я мельком взглянула на черного дракона в небе, и вновь погрузилась в воспоминания…

Рудниками Эмберлейн много лет управлял мой дед, а после его смерти — управление в свои руки взяла бабушка. Потому что мой отец никогда не любил провинцию. Он предпочитал столицу, придворные приёмы и общество людей, способных приблизить его к королю. Бабушка смирилась с тем, что сына не интересуют ни месторождения, ни родовые земли, и поручила ему единственное дело — следить за поставками нашего диамита в королевскую армию. Поэтому я тоже выросла вдали от родовых земель и впервые приехала к бабушке только в двадцать один год.

На самом деле я просто сбежала от липких взглядов Солара Вейгара, который слишком зачастил в наш столичный дом. Отец искренне радовался таким влиятельным связям, а я — нет. Поэтому я солгала родителям, что временно еду помогать бабушке с делами, и уехала в провинцию.

На самом деле, я хотела остаться здесь навсегда. Ведь впервые приехав сюда, я ощутила себя так, словно действительно попала домой…

Я взяла на себя львиную долю дел, перенимая от бабушки опыт. Она готовила из меня преемницу и искренне радовалась моему решению.

Здесь я и познакомилась с Ксандром.

Он был старше меня на шесть лет, невыносимо самоуверен и совершенно не похож на столичных мужчин, что неделями репетировали правильный наклон головы перед королевским приёмом и были помешаны на хороших манерах.

Ксандр был другим. Он смеялся слишком громко, говорил то, что думал, и мог вернуться из шахты с ног до головы в пыли диамита, ничуть этого не смущаясь.

Он, как и я, готовился занять управление рудниками вместо отца.

При нашей первой встрече он назвал меня избалованной столичной куклой.

Я в ответ сказала, что он похож на неотёсанного шахтёра.

А через три месяца мы уже тайком встречались у старого моста, разделявшего земли наших семей.

Экипаж вдруг качнулся, и под колёсами протяжно заскрипели доски.

Я вздрогнула и посмотрела в окно. Внизу шумела горная река, а мы ехали по тому самому мосту.

Здесь он впервые меня поцеловал. Прямо на середине моста, ровно на границе. А затем, с усмешкой объявил, что теперь не знает, на чьей земле это случилось, а значит, поцелуй придётся повторить.

На всякий случай на обеих сторонах.

Я прикрыла глаза.

Бабушка, конечно, всё знала о нас. Но она никогда не задавала лишних вопросов, и только хитро улыбалась, когда я возвращалась домой с растрёпанными волосами и цветами, спрятанными под плащом.

Наш роман её радовал. И не только потому, что Ксандр ей нравился.

Она давно мечтала объединить два месторождения. По её мнению, западные и восточные шахты когда-то были частями одной огромной жилы, скрытой глубоко под горами. И наш брак, по ее мнению, мог положить конец старым земельным спорам и наконец соединить владения Эмберлейнов и Морров.

Тогда мне было всё равно, сколько диамита лежит у нас под ногами.

Я хотела выйти за Ксандра совсем не из-за рудников. Я правда любила его. И была уверена, что он любит меня.

И я наивно полагала, что впереди нас ждёт только счастливая жизнь.

Вот только моим планам не суждено было сбыться…