Пар образует густой туман, который полностью покрывает зеркало и стекает каплями на раковину с его чёрных краёв. Когда я стираю воду кончиками пальцев, то замечаю в отражении листок бумаги, приклеенный к оконному стеклу. Мои влажные волосы хлещут по спине, когда я оборачиваюсь. Одной рукой придерживая красное полотенце на груди, я медленно направляюсь к окну. Открываю его и хватаю записку, позволяя пару вырваться из ванной.

«Тебе идёт красный».

Какого чёрта? Бросаю записку на раковину и принимаюсь ухаживать за волосами. Пока я энергично расчёсываю их, пряди превращаются в вихрь дикого упрямства.

— Нео? У тебя ещё одна роза под дверью, — уверена, крик Зиллы только что разбудил всю округу. Я накидываю на плечи чёрный шёлковый халат и открываю дверь. Хекс мгновенно вскакивает на ноги, мурлыча. Он касается моей ноги своей грудной клеткой. Одна за другой изогнутые кости нежно ласкают мою кожу.

— Ладно! Через секунду получишь свой завтрак, — кончиками пальцев я скребу его череп.

Я кладу доску «Уиджи» на деревянный пол и опускаюсь перед ней на колени. Кончики моих пальцев касаются планшетки.

— Ты здесь? — внезапно температура падает.

По коже пробегают мурашки. Занавеска на окне медленно колышется. Указатель перемещается вверх и вправо, останавливаясь на солнце. «ДА».

— Это ты оставляешь мне записки?

Он сердито сдвигает планшетку, увлекая мои руки вверх и влево, и останавливается на луне. «НЕТ».

— Я знаю его или её?

Он удерживает планшетку на слове «НЕТ». Я чувствую его странное давление, словно невидимое присутствие стоит где-то за пределами моего поля зрения.

— Этот человек мёртв?

Он тянет мои руки через доску и останавливается на слове «ДА». Дверь ванной распахивается и с грохотом захлопывается. Я встаю и захожу внутрь. На запотевшем зеркале нарисована летучая мышь.

— Вампир?

«ДА», — появляется на зеркале надпись.

— Спасибо!

Указатель начинает перемещаться по буквам на доске. Я торопливо возвращаюсь в комнату, сгорая от любопытства узнать, что он хочет сказать.

— Не-е-е-е-е-е-е-ео-о-о-о-о-о-о-о??? — голос Зиллы прерывает призрака. Чёрт подери!

Полусонная, я бреду на кухню. Стук косточек кошачьих лап эхом разносится по дому. Они ступают по тёмным деревянным половицам в такт мелодии, которую играет музыкальная шкатулка.

Аромат бодрящего напитка наполняет мои чувства. Моя соседка Зилла варит лучший кофе. Запахи, витающие на кухне, всегда вызывают у меня желание попробовать её латте. Я достаю кошачий корм из холодильника. Это единственное, что Хекс не может открыть. Он постоянно ворует еду и оставляет её на ковре.

— Он уже ел. Дважды… — Зилла заходит на кухню, бережно держа на руках своё изумрудное земноводное. Ещё одно, которое она спасла несколько дней назад. Она ветеринар, поэтому животные… живые или мёртвые, всегда находятся в нашем доме. Именно благодаря ей Хекс до сих пор с нами.

Он был… и остаётся моим чёрным американским короткошёрстным котом. Он умер, потому что буквально бросился под проезжающую машину. Теперь от него остался лишь скелет, похожий на те, что выставлены в музеях на металлических подставках. И хотя он кот… аппетит у него доисторический, способный посоперничать с аппетитом динозавров.

Что позволяет ему оставаться «живым», помимо заклятия Зиллы? Добро пожаловать в Морнтон2. Город скорбящих. Потому что каждый умерший человек или животное остаётся в нашем сообществе тем, кого продолжают оплакивать. Даже если кто-то увозит их трупы в другие города. В этом населённом призраками месте фантомы таятся за каждым углом. Тени нашёптывают секреты, а отголоски прошлого танцуют в воздухе. Здесь духи бродят повсюду и делятся своими историями, заманивая любопытных. Присутствие потустороннего одновременно пугает и завораживает.

Наш ковен достаточно силён, чтобы удерживать их рядом. Даже самые озорные духи находят среди нас свой дом. Полтергейсты. А я настолько благословенна/проклята, что один из них почти каждый день не даёт мне покоя. Душа Хекса отправилась в обходной путь по неизведанным местам, пока его кости каждое утро танцуют у моих щиколоток.

— У тебя ещё одна роза под дверью.

— И ещё одна записка… но на этот раз я была голой в душе, пока он наблюдал…

— Чёрт… Дело плохо, Нео…

— Мне придётся его убить? — наполняю свою кружку в форме тыквы горячим кофе.

— Ох, Ковен, помоги мне… Ты ведь не пожалеешь его, когда он будет мёртвым-мёртвым, — смеётся Зилла.

Я закатываю глаза. Дело плохо. Зилла права. Разумеется… она всегда права. Её миниатюрная фигурка и ярко-рыжие волосы словно черпают энергию и мудрость у самого осеннего солнца. В каждой веснушке, украшающей её идеальный нос, таится какая-нибудь идея. Клянусь Луной, эта девушка — самая умная ведьма в нашем ковене.

Я наблюдаю, как она целует свою жабу.

И самая странная.