На какое-то короткое мгновение мне показалось, что я наконец во всём разобралась. Отделила правду от лжи и нашла своё место. Выбрала своё будущее. Я собиралась жить жизнью Эшани, выполнять задания в эпоху невиданного прежде мира.

Поразительно, как одна-единственная ночь могла разрушить всё это.

Скоро я получу ответы, которых не хотела знать.

Всего через час начнётся Саммит Единства.

Эларин либо подпишет договор, либо нет.

Мне было плевать на любой исход.

Возможно, это делало меня дерьмовым человеком. Если она подпишет договор, множество жизней будет спасено. Но для меня это станет лишь очередным гвоздём в крышку гроба.

Я вздохнула и поднялась, держа туфли на каблуках в руках.

Швырнула их в море и шагнула в Завесу.

Выбеленная солнцем Академия гудела вокруг меня. Люди оживлённо переговаривались, направляясь к арене. А я отправилась в единственное место, которое когда-либо называла домом.

Я вышла из Завесы и положила ладонь на её дверь. Раздался щелчок, и дверь открылась.

На ней было прекрасное одеяние насыщенного синего цвета — цвета канцлера. Всё то, ради чего она трудилась всю жизнь. Она обернулась ко мне, и удивление на её лице сменилось тревогой.

— Исара, я повсюду тебя искала. Никто не знал, куда ты пропала. Что случилось? Что не так? Что-то произошло?

Она взяла мои руки в свои. Её ладони были прохладными, а время оставило на них лишь едва заметные следы.

Видела ли она в моих глазах призраков прошлой ночи?

Было ли ей вообще не всё равно?

— Ты сегодня подпишешь мирный договор, Эларин Са’велен? — спросила я.

Она нахмурилась, но притянула меня к себе и обняла.

Мы редко обнимались. Я часто думала, что именно от неё переняла свою нелюбовь к прикосновениям, хотя нас и не связывало кровное родство.

— Ты вся замёрзла, — сказала она. — В твоей старой комнате ведь осталась одежда? Почему бы тебе не пойти умыться и переодеться? Тебе станет легче.

— Хорошо, — ответила я.

Потому что я больше не собиралась умолять кого-либо сказать мне правду. Я была ничем, и их ложь больше не имела значения. Знание ничего не меняло. Оно лишь причиняло боль.

Я толкнула дверь в личные покои канцлера и направилась в комнату, где выросла. Простая. Тихая. Только кровать, комод и несколько книг. Огненные фонари вместо обычного освещения.

Умывание не принесло облегчения. Чистая одежда тоже. Я лишь чувствовала полное оцепенение.

Я стала именно такой, какой должна была быть.

Такой, какой они меня сделали.

Сегодня не существовало ни одного исхода, при котором я могла бы обрести счастье. Я потеряю либо Эларин, либо Нико. Хотя во многом, во всём, что действительно имело значение, я уже потеряла их обоих.

Я отчаянно боролась за своё Кольцо. Возможно, мы переживём предательство Нико и получим нового командира, но я больше никогда никому не смогу доверять. Нико, Эларин, Катя… Они уничтожили во мне всё, что могло бы принадлежать тем, кто появится в моей жизни после них.

Так было даже лучше. Будь я сильнее, я бы их поблагодарила.

Я вернулась в кабинет Эларин, и она тут же подняла на меня глаза. В них читалось что-то, чего я не могла понять.

— Садись, — сказала она.

Я послушалась.

Она встала у меня за спиной и принялась заплетать мне волосы, как делала это, когда я была ребёнком.

— Я должна была защитить тебя, Иса. Я столько раз тебя подводила, но никогда не переставала любить. Из всего, что я сделала в жизни, больше всего я горжусь тобой. Ты сильная, храбрая и стойкая.

Я не была ни сильной, ни храброй, ни стойкой.

— После сегодняшнего дня я посвящу остаток жизни тому, чтобы всё исправить, — произнесла она.

Она закончила заплетать мне волосы, а я позволила ей увидеть, к чему привели её амбиции. Если я была её величайшим достижением, пусть посмотрит, насколько сокрушительным оказался её провал. От меня осталась лишь пустая оболочка. Я почти ничем не отличалась от призрака.

Эларин подошла ближе и поцеловала меня в лоб.

Столько нежности.

— Прости меня, Иса. Я всё исправлю.

Я кивнула.

И когда она повела меня по коридорам к арене, я думала лишь о том, что скоро всё закончится. Даже когда она сжала мою руку и мы разошлись в разные стороны, я понимала только одно: время не остановится. И не должно.

— Иса! — раздался голос Захры.

Она бросилась ко мне оттуда, где в центре площадки для проведения саммита собрались Кольца. Кольца из всех государств, кроме Фарсмоука, где обучали Эшани, но не формировали из них Кольца. Живое воплощение единства.

Захра обхватила меня руками и крепко прижала к себе.

— Боги, Иса, ты нас до смерти напугала! Где ты была? — спросила она.

Я изобразила то, что, как мне казалось, должно было сойти за улыбку. Она пристально смотрела на меня, пытаясь найти что-то, чего я больше не могла ей дать.