— Я не знал, что так получится. Я просто хотел, чтобы моей матери больше не приходилось жить с позором. Он сказал, что, если я буду передавать сведения, то снимет с неё наказание. Но клянусь, я сообщал только бесполезную информацию. Они забрали это воспоминание, как Силарен. Я сам его не отдавал. Только мелочи, ничего опасного, — произнёс Меррик. Его лицо совершенно побелело.

— Мы предложили мир, — заявила Эларин, повышая голос. Теперь каждое её слово резало, словно клинок. — А они прислали нам шпиона.

Я смотрела себе под ноги. На гладкий камень. Тени почему-то не совсем соответствовали падающему свету. Я не могла взглянуть на Нико. Не могла посмотреть ни на кого. Мне оставалось лишь стоять там — беззащитной, лишённой нитей и права на каждый выбор, который, как мне казалось, я сделала сама.

— Ньярен не подпишет договор, — объявила Эларин.

Воздух словно похолодел на десять градусов.

— Мы не станем связывать своё будущее с теми, кто развращает наших учеников и попирает суверенитет нашего государства. Саммит объявляется закрытым. Пусть все государства станут свидетелями: Ратвенорн никогда не стремился к миру. Они намеревались завоевать нас, используя доверие и близость как незаметный клинок.

Я чувствовала их взгляды. Их осуждение.

Вся в отца, шептались они.

Я не знала, кого они видели во мне прежде всего: предательницу, дуру или пешку.

Зато я знала, что вижу сама.

Эларин никогда не считала меня своей. Не по-настоящему.

Пока я не оказалась полезна ей в роли жертвы.

— Полагаю, это и так очевидно, но всё же считаю нужным заявить, что Ратвенорн тоже не станет подписывать договор. Эларин, следующим вашим требованием будет арест моего командира? — спросил король Морвейн таким тоном, словно происходящее было всего лишь ужасно досадным неудобством, а не объявлением войны.

Эларин резко повернулась к нему.

— Он нарушил наши законы, — заявила она.

— Ваши законы. — Король небрежно махнул рукой. — Ратвенорн не настолько архаичен. Как, впрочем, и остальные присутствующие здесь государства.

— В предварительном соглашении указано, что делегаты обязаны соблюдать законы принимающего государства и нести ответственность за их нарушение, — ответила Эларин.

Король Морвейн поднялся с тяжёлым вздохом.

— Вы не получите командира Вейшара, Эларин. Сожалею, что вынужден вас разочаровать, — произнёс он.

Эларин встретила его взгляд и заговорила так громко, чтобы слышали все.

— Отказ соблюдать условия предварительного соглашения равносилен объявлению войны, король Морвейн.

И тут все кусочки головоломки встали на свои места.

Интересно, сколько из произошедшего было спланировано заранее, а сколько просто сложилось удачно для каждого из них?

Но больше всего мне хотелось понять, в чём, блядь, вообще был смысл всего этого.

Однако, когда Силарен Туманный поднялся и кивнул Эларин, я поняла. О боги, ещё как поняла.

Для всех них мы были всего лишь фигурами на игровой доске.

Нико повернулся ко мне, обойдя Меррика и Захру.

— Прости, что всё произошло именно так, — произнёс он, проведя костяшками пальцев по моей коже.

Теперь уже не имело значения, кто это увидит.

Им достаточно будет заглянуть в мои воспоминания, чтобы узнать правду. Все доказательства, какие только могут понадобиться. Чем чаще возвращаешься к воспоминанию, тем легче его извлечь. Никому не составит труда узнать правду о том, что мы с Нико делали.

— Пойдём со мной, — сказал он, протягивая руку.

— Арестовать Нико Вейшара из Ратвенорна, — приказала Эларин.

— Если мы уйдём, Эларин объявит войну, а у остальных государств будут веские причины её поддержать. Для Ратвенорна это обернётся катастрофой, — произнесла я.

— Всё всегда должно было закончиться именно так, Вейнфайр.

Всё произошло именно так, как она и хотела. Стражи Завесы направились к нам, к нашему Кольцу. Нашему Кольцу. Эрин, Каэль, Захра и Меррик встали вокруг нас, образовав круг. В воздухе раздался резкий звон обнажаемой стали.

Я подняла глаза на Эларин и вложила ладонь в руку Нико.

Мир изменился.

А меня больше не стало.

БЛАГОДАРНОСТИ

Прежде всего, этой книги не существовало бы без трёх вещей.

Во-первых, без моей гиперфиксации, подпитываемой СДВГ и приправленной лёгкой манией. «Связанные кровью» были написаны в вихре бешеного стука по клавиатуре и идей, которые категорически отказывались ждать подходящего момента. Признаюсь… в тот период поддерживать со мной разговор было довольно непросто.

Во-вторых, без моего сына Эллиота. Ты уговорил меня смотреть с тобой аниме, и в какой-то момент я тоже в него влюбилась. Радость от того, что мы разделили это увлечение, вдохновила меня на многое из того, что впоследствии стало книгой «Связанные кровью».

В-третьих, без Ребекки и Вероники — моих собственных Сохатого и Лунатика. Спасибо вам за то, что месяцами терпеливо слушали мои бесконечные разговоры исключительно об Исе и Нико. Никто не верил в эту историю сильнее вас двоих. Особенно Лунатик, которая перечитывала эти книги просто потому, что они ей нравятся. Для писателя нет комплимента дороже. Спасибо вам за то, что вы лучшие подруги, о каких только можно мечтать.