Надо же, что оба любовника, выражаясь русским языком, спалились именно благодаря своим телефонам. Что это? Неосторожность? Или же влюблённость такой силы, что рациональная часть мозга отключается, подчиняясь животной?..

Меня мутит от нервов. Омерзение окутывает с головой, вызывая мурашки по телу.

Несмотря на то что большой живот лишает меня возможности передвигаться быстро, у кабинета мужа я оказываюсь за считаные минуты.

Останавливаюсь на пороге, чтобы перевести дух, а потом думаю: да пошло оно всё к чёрту — и, дёрнув дверь за ручку, с чувством толкаю её вперёд.

Она распахивается и громко ударяется о какой-то предмет, расположенный за ней.

Что-то падает и разбивается...

Только мне совершенно не до этого.

— Вы... вы что... совсем конченые? — да, я кричу. И от моего крика любовница мужа падает с его колен, на которых ещё секунду назад ёрзала, словно кошка, у которой течка.

Мерзость, мерзость, мерзость.

В горле встает ком.

— Наташа, — Кирилл поднимается так быстро, словно превратился в пружину.

По его взгляду видно — теперь-то он понял, как крупно облажался. Чуть запрокинув лицо к потолку, он смыкает веки и кулаками с побелевшими костяшками упирается в стол.

Алина копошится на полу, судя по всему, поправляет одежду. Но это только игра, на самом деле она прячется от меня либо же таким образом показывает, что её присутствие в нашем браке — это норма и ей все можно.

Я на негнущихся ногах прохожу в кабинет, к слову, полностью пропахший её сладкими, отравляющими духами.

— Что я только что увидела? — смотрю на мужа, он на меня. — Говори, Кирилл, только, пожалуйста, избавь меня от клишированных фраз!

— Я не считаю, что должен оправдываться, — говорит он в своей фирменной манере, как будто только что на нём не восседала его шлюха. — Алина уже вставала, как раз когда ты вошла.

— Так вставала, что извивалась на тебе, как стриптизерша? Так вставала, что её пятая точка почему-то была призывно отставлена?

В ответ на мои слова, которые, я надеюсь, прекрасно услышала и его трусливая любовница (которая всё ещё носа своего не показала), в чёрных от ярости глазах мужа вспыхивают молнии.

Он зло щурит веки. Черты его лица становятся ещё более волевыми, чем обычно. Даже хищными.

— Довольно! — рявкает Сафронов. — Вы меня обе задолбали.

После этого заявления, за которое мне хочется швырнуть в него чем-нибудь тяжёлым, он бросает взгляд на наручные часы, после чего ругается себе под нос.

— Я понимаю, что для вас бабские разборки — это весело, — он шлепком закрывает крышку ноутбука, причём с такой силой, что тот жалобно трещит. — Но я из-за вас прямо сейчас просираю важную встречу и лишаюсь прибыли!

— Да что ты? Больше у тебя проблем нет? Как насчёт того, что ты только что просрал свой брак, а? О бизнесе он переживает... У тебя хоть что-то святое есть? Впрочем, нет смысла говорить о таком человеке, у которого под столом прячется любовница! — я настолько близка к истерике, что начинаю смеяться — нездоровым таким смехом, который больше похож на крик о помощи.

— Хватит молоть чепуху, — он нагибается к своему столу, проходя мимо прячущейся за ним Алины, не удостаивая её даже взглядом.

Берёт с вешалки пальто, подбрасывает в ладони ключи от автомобиля и, подойдя ко мне, смотрит уничижительным взглядом, словно на какое-то ничтожество, а не на свою беременную жену.

— Дома поговорим. Когда я вернусь, — с напускным спокойствием произносит он, но я-то вижу, что его взгляд метает молнии. — Алина, поднимай свою жопу, — бросает он ей через плечо, даже не оборачиваясь. — Я выезжаю через пять минут, и если ты не успеешь собраться...

— Успею-успею, — щебечет она и снова, потупив взгляд, как святая невинность, пытается пройти мимо нас.

— Ничего себе у вас… рабочий подряд, — теперь я смотрю на них обоих уничижительно, с ненавистью. — Сафронов, — перевожу взгляд на него, — разговора дома у нас не будет. Потому что ты туда не вернёшься. Только если за вещами, понял меня? Это развод!

— Не гони, Наташа, какой развод? — он хватает меня за предплечье, а у самого дёргается кадык. — Мы с тобой уже это обсуждали...

Уверена, он бы выкатил мне полноценную пламенную речь, чтобы только проехать по ушам, но у него ничего не выходит.

Потому что я достаю из кармана телефон его любовницы и буквально тыкаю ему в лицо позорными смсками.

18. Глава 18.

Срочная деловая поездка с любовницей занимает у моего мужа весь день. Без преувеличения. Часы только что пробили полночь.

Я случайно замечаю его машину на парковке, когда прохожу мимо окна со стопкой его вещей в руках, и сразу же задёргиваю шторы.

Значит, вернулся.

Даже думать про него не хочу. В глазах до сих пор стоит наихудшая картина, которую может увидеть беременная женщина.