Я никогда бы себе не простила, если бы с кем-то из моих детей что-нибудь случилось из-за меня.

— Мне очень жаль, Картер. Это только до тех пор, пока ситуация не разрешится. К тому же учебный год уже почти закончился.

Я деревянно кивнула, и он ушел.

Остин обхватил меня обеими руками и прижался губами ко лбу.

— Мне так жаль, детка.

Позади меня кто-то прочистил горло. Я обернулась и увидела детектива Мэсси.

— У Кайла есть алиби на вчерашний вечер и сегодняшнее утро. Мы его, конечно, проверим. Он говорит, что к нему приходил друг поиграть в видеоигры. Друг уснул у него на диване и все еще был там, когда Кайл утром ушел на работу. Кроме того, один из офицеров обнаружил разбитое окно в классе рядом с вашим. Похоже, преступник проник в школу через него. Внутренних камер наблюдения здесь нет, так что в этом плане нам не повезло.

Он посмотрел на нас обоих.

— Почему бы вам не поехать домой? Нет смысла здесь оставаться. Как только я закончу со всем здесь, заеду к вам и расскажу, что удалось выяснить.

Я кивнула.

Казалось, сегодня утром это единственное, на что я вообще была способна.

Остин протянул детективу руку.

— Спасибо. Если вам что-нибудь понадобится от нас, звоните мне на мобильный.

Я молчала, пока мы пробирались между полицейскими и сотрудниками школы. Не смотрела никому в глаза и просто позволяла Остину вести меня.

Внутри все словно онемело.

Мне казалось, будто моя жизнь больше мне не принадлежит.

Будто этот невидимый псих отобрал у меня управление и теперь сам крутил руль, направляя меня туда, куда ему захочется.

37

Картер

Я бессильно откинулась на спинку дивана, пока Остин провожал детектива Мэсси и его коллег. Полицейские уже несколько часов прочесывали участок вдоль и поперек, но результат был почти нулевой. Два частичных следа обуви, которые мало что могли им дать, и ни одного отпечатка пальцев.

Остин и Джон превратили гостевой дом в настоящий штаб службы безопасности: увеличили количество людей, патрулирующих территорию, и установили камеры буквально повсюду. Я чувствовала себя так, будто живу в тюрьме. Очень дорогой, удобной и роскошной, но все равно тюрьме.

У меня уже начинало чесаться все тело от этого ощущения.

Остин вернулся из прихожей.

— Почему бы тебе не принять ванну и немного не расслабиться? День был тяжелый.

— Звучит идеально.

Я поднялась с дивана и потянулась. Взгляд Остина тут же опустился к моей груди, когда ткань блузки натянулась на ней.

Я подошла к нему, целомудренно поцеловала в губы и направилась к той невероятной глубокой ванне в хозяйской ванной. Блю поплелся следом.

Я открыла воду и стала искать что-нибудь для пены. К моему удивлению, под одной из раковин нашлась бутылка с пеной для ванны. Я открыла крышку и понюхала.

Лаванда.

Идеально.

Я щедро плеснула средство под струю воды, разделась, бросив одежду кучкой на пол, и шагнула в горячую воду.

Когда я погрузилась в мягкую пену почти по плечи, с губ сорвался довольный вздох.

Эта ванна была раем.

Здесь не могло существовать ничего страшного или плохого. Только тепло и уют.

Я больше никогда отсюда не выйду.

В дверь тихо постучали, и я вздрогнула.

Должно быть, я ненадолго задремала, потому что вода уже стала едва теплой, а пены заметно поубавилось.

— Кто там?

Теперь мне приходилось спрашивать, учитывая, сколько людей постоянно ходило по дому.

— Это я. Ты там еще живая? В изюм не превратилась?

— Да и да. Заходи.

Дверь открылась, и Остин неспешно вошел внутрь. Он опустился на колени рядом с ванной и погрузил пальцы в воду.

— Она уже почти холодная. Давай вытащу тебя оттуда.

Он взял полотенце, встряхнул его и расправил перед собой, будто собирался укутывать маленького ребенка.

Но взгляд, которым он скользнул по моему телу, когда я поднялась из воды, был совсем не детским.

Его глаза медленно прошлись от моего лица к груди, ниже к животу, а дольше всего задержались между моих бедер.

Мышцы живота сжались.

Остин завернул меня в мягкое махровое полотенце и стал медленно, тщательно вытирать руки. Потом перешел к груди, проводя тканью по соскам, затвердевшим от прохладного воздуха.

Внизу живота сладко стянуло.

Оставив мою грудь, он вытер живот, а затем опустился передо мной на колени и провел полотенцем по каждой ноге.

Я резко втянула воздух, увидев, где оказалось его лицо.

Остин поднял на меня глаза, чуть подался вперед и провел носом по влажным волоскам между моих бедер.

Я прикусила губу от одного только вида.

Его глаза закрылись.

— Ты так вкусно пахнешь.

Я задышала быстрее.

— Остин, мне нужен ты.

Он мгновенно открыл глаза.

— Ты уверена?

Я никогда в жизни ни в чем не была уверена сильнее.