— Образец приобрёл свойства, которые мы не могли учесть, — произнёс он своим лучшим голосом серьёзного учёного. — Вскоре он заразит нас плотоядным вирусом, который распространится по всей планете, пожирая всё на своём пути… и мы абсолютно ничего не можем сделать. — Он прищелкнул языком: — Какая невыразимая жалость.

В отражении зацарапал экран телевизора, висевшего на стене. Бек обернулся, когда синий экран переключился на внутренний канал, явив ведущего шоу, Фитци, в льняной рубашке и потёртых джинсах, с сияющей улыбкой смотрящего в камеру. Возможно, он и не был мозговым центром проекта, но его эксцентричное обаяние и полное отсутствие наигранности были важной частью успеха.

— Добро пожаловать в пятый сезон «Выживалити»! — провозгласил он, а его австралийский акцент на вкус напоминал солёные острицы. — Шоу, где мы запираем подростков в комнатах, полных головоломок, улик и шифров, чтобы узнать, кто сможет сбежать быстрее всех. Я ваш ведущий Фитци, и в этом сезоне наши команды будут соревноваться за самый крупный денежный приз за всю историю «Выживалити». Команда-победитель получит… готовьтесь… один миллион долларов!

Экран сменился графикой, где стодолларовые купюры сыпались с неба на огромную кучу денег. Безвкусно, но впечатляюще. Если команда Бека победит, у него появится целых двести пятьдесят тысяч долларов, которые он сможет назвать своими… по крайней мере, на пять минут, пока не закроет долги родителей и не отправит коллекторов куда подальше.

— Но и это ещё не всё! — продолжил Фитци, и Бек затаив дыхание сделал шаг ближе к экрану. — Потому что в этом сезоне мы предлагаем эксклюзивный ранний доступ на курорт «Свитбрайер»! — На экране закружились кадры, снятые с дрона: роскошный отель, озеро с пришвартованным в центре пиратским кораблём, флаг с логотипом «Victory Escapades, Inc.™», развевающийся над разводным мостом замка. — Команда, которая одержит победу в этом сезоне, первой из публики исследует долгожданный парк развлечений для любителей головоломок от Виктора Каннингема. Но прежде чем мы объявим победителей, нас ждёт куча квестовых безумств, так что давайте повторим правила.

Экран переключился на стилизованные изображения часов и фонариков:

— Сегодняшняя комната — это то, что мы называем отборочным раундом. Это шанс увидеть, на что способны команды, и это единственный раунд за всё соревнование, в котором ни одна команда не выбудет. Однако стимула показать себя во всей красе более чем достаточно: команда, которая быстрее всех справится с каждой головоломкой, завоюет вожделенные «палки в колёса» от Гейм-мастера — наше умное название для… — он понизил голос до зловещего сценического шепота, — …саботажа. Разблокируйте бонус сегодня, и ваша команда сможет по-крупному подгадить своим соперникам в следующих раундах. И уж поверьте, они захотят получить этот бонус, потому что после сегодняшнего дня команда, которая потратит больше всего времени на побег, будет отправляться домой. А теперь приветствуем человека, который неустанно работал над тем, чтобы предложить вам самые зубодробительные квесты… самого Гейм-мастера, Луиса Августа Рассела!

Гейм-мастер вышел на площадку, зацепив пальцы за подтяжки:

— Спасибо, Фитци. Приятно вернуться.

Если из-за синестезии Бека голос Фитци казался на вкус как моллюски, то глубокий баритон Гейм-мастера напоминал первый бокал эгг-нога в Рождественский вечер — гладкий, богатый и невыносимо изысканный.

Фитци закинул локоть на плечо Луиса:

— Поговаривают, в этом сезоне ты подготовил кое-что необычное…

— Бек Мэтисон?

Бек обернулся и увидел парня из съёмочной группы, держащего гарнитуру:

— Пора цеплять микрофон.

Сердце Бека пустилось вскачь:

— Круто, — выдохнул он. — Э-э… а где моя команда?

— Вставь это в правое ухо, — сказал парень, прикрепляя крошечный микрофон к лацкану лабораторного халата.

— Сюда, — позвала ещё одна сотрудница с планшетом и рацией. Бек пошёл за ней по унылому коридору горчично-жёлтого цвета.

— Скажи «чи-и-из»! — гаркнул чей-то голос. Бек повернулся и увидел девушку с блондинистыми хвостиками и плотным макияжем. Камера её iPad вспыхнула прямо ему в лицо. Бек отшатнулся, но девушка уже проскочила мимо.

Он мотнул головой, пытаясь прогнать зайчиков перед глазами, и тут дверь распахнулась — и перед ним предстала она, главная съёмочная площадка. Где Фитци приветствовал участников. Где они с Луисом шутили о том, какие коварные загадки приготовил Гейм-мастер. Где раз в неделю чья-то надежда рушилась, когда команда выбывала из состязания.

Но только не команда Бека. Он здесь всерьёз и ненадолго.

Что бы ни случилось. Даже в его голове хриплый дедушкин говор отзывался вкусом трубочного табака и кедровой древесины.

В реальности декорации выглядели меньше. Там, где камеры срезали края задников, Бек видел строительные леса из брусьев и фанеры, подтёки краски на полу. Для человека, который гордился своим вниманием к деталям, особенно при строительстве собственных комнат, подобная топорная работа казалась разочаровывающей.

Но он не стал на этом зацикливаться. Это реальность, это Голливуд, а вон там…

Луис Август Рассел.

— Святое дерьмо, — прошептал Бек.