– Вот так-то! – вдруг взорвался Том. – На каждом шагу у нас возникают препятствия, нас обзывают дураками, кретинами, идиотами и всем в таком духе. Наша молодость обернулась против нас. Они считают, что мы слишком юны, чтобы мыслить здраво! Что мы не способны даже на шаг приблизиться к истине! Господи, как мне хотелось бы свернуть шею тому толстому правительственному чинуше – когда он обозвал меня лживым землянином и заявил, будто меня подослали земные власти, чтобы попытаться отвести подозрения от Земли и выставить злодеями каких-то вымышленных инопланетных захватчиков!

– Но мы должны признать, Том, – осторожно заметил Джойс, – что у нас нет ни малейших доказательств. Ни единого факта, на который можно было бы опереться. Луч, который мы видели в космосе, здесь, на Марсе, невидим – даже в затемнённых очках. А сама концепция луча, толкающего микробов через космическое пространство на расстояние в девяносто пять миллионов миль, почти невероятна. Знаешь, я едва ли могу винить их за то, что они считают нас сбежавшими из детсада.

Том стукнул кулаком по стене.

– Да не в этом дело! Мне всё равно, как они нас называют. И всё равно, насколько невероятно это звучит. Но, ради всего человечества, они должны были хотя бы выслушать нас и что-то предпринять. Когда на кону стоит будущее всей цивилизации, они обязаны были дать нашей идее шанс, вместо того чтобы с таким безразличием заявлять, что рано или поздно чума будет остановлена. Я сомневаюсь, что ее вообще когда-либо остановят! У меня есть смутное подозрение, что юпитериане, или кто там они на самом деле, являются сверхучеными. Их микроб… ведь его даже не удалось выделить!

Оба марсианина молчали, охваченные отчаянием. Они сделали всё, что было в их силах: добились для Тома аудиенции у правительственных чиновников. На большее их влияния не хватило.

Внезапно Том остановился. Все взгляды обратились к нему.

Он резко повернулся к друзьям.

– Чёрт возьми! Если они не хотят спасать себя сами, это попробуем сделать мы!

– Что ты имеешь в виду? – проговорил Джойс, поперхнувшись от изумления.

– В ангаре ведь стоит космический корабль, верно? Мы можем научиться им управлять, рвануть к тому самому астероиду и поискать доказательства самостоятельно!

– Но Ричардсон никогда не позволит нам воспользоваться им! – воскликнул Джойс. – Он самый упрямый человек по эту сторону райских врат!

Лицо Тома помрачнело: он вспомнил Ричардсона, чьё воображение и добродушие были исчезающе малы. Да, этот человек действительно мог стать непреодолимой преградой.

– Пошли, Джойс, – отрывисто бросил он. – Попытаемся его уговорить, каким бы крепким орешком он ни был. Гул, Норк, оставайтесь здесь. Незачем вам из-за нас попадать в неприятности.

Ричардсон, просматривавший письменные отчеты в главном офисе Марсианской горнодобывающей компании, поприветствовал их, не выказав ни малейшего удовольствия по поводу их вторжения.

– Мистер Ричардсон, – начал Том, – мы хотели бы воспользоваться космическим кораблем, стоящим в ангаре.

Управляющий резко вскинул голову.

– Я не ослышался? Воспользоваться космическим кораблем? Что это еще за шутки?

– Я говорю серьезно, – ответил Том.

Лицо его было бледным и мрачным.

– Том, надеюсь, ничего не случилось… Джойс, Том часом не…?

– Нет, мистер Ричардсон, – резко перебил его Том, – я полностью в здравом уме. Позвольте мне объяснить. Я хочу отправиться на этом корабле к астероидам, и, если быть с вами совершенно откровенным, по причинам, которые, как я считаю, излагать бесполезно. Я прошу вас об этой услуге, рассчитывая на доверие, которое мой дядя оказал вам, оставив меня здесь, на Марсе.

– Твой дядя, юноша, перед отъездом велел мне присматривать за тобой и за Джойсом. Я два года не лез к вам, позволял вам делать почти всё, что вам вздумается, но теперь я говорю твердое «нет». Ты, конечно, в своём уме, хотя твоя просьба отдаёт идиотизмом; но космический корабль ты не получишь никогда и ни при каких обстоятельствах – для какой бы очередной нелепой выходки он тебе ни понадобился, я даже представить не могу… Постой-ка, Господи Боже! Только не говори мне, что все это как-то связано с той скандальной поездкой в Сивид, куда вы отправились без моего разрешения, чтобы повидаться с правительственными чиновниками, чтобы рассказывать им какие-то сказки об инопланетных лучах и космических микробах чумы…

Том побелел от ярости, а Джойс покраснел и сжал кулаки.

– Да, связано. И я повторяю свою просьбу!

В голосе Тома послышался лёд. Джойс видел: терпение друга, столько времени выдерживавшего насмешки, вот-вот лопнет.

– Том, вон из кабинета! Я займусь тобой позже, и твой дядя об этом услышит. К тому же ты понятия не имеешь, как управлять космическим кораблем! И ума не приложу, с какой стати тебе забивать себе голову этой чумой, раз тебя она напрямую не касается… Боже правый, юноша, неужели обязательно придумывать инопланетных захватчиков всякий раз, когда на другом конце Марса вспыхивает обыкновенная эпидемия? На Земле свирепствовала чума за чумой, и никому не приходило в голову приписывать их каким-то фантастическим юпитерианам или кем ты там их считаешь. А теперь иди и постарайся образумиться…

Речь Ричардсона оборвалась сдавленным вздохом.