Дракон закрыл дверь и прошел к столу. Однако вместо того, чтобы сесть в кресло, он встал напротив окна и, сложив руки на груди, посмотрел на меня, выжидая. Только сейчас я смогла заметить, как лунный свет заливает кабинет. Волшебная атмосфера!

— Я постою, — выпалила я, собираясь с мыслями.

— Разговор будет недолгим?

Ох, как я хотела знать ответ на этот вопрос! Однако если я не возьму себя в руки, этот разговор даже не начнется. Соберись, Оля. Тебе нужно выяснить все прямо сейчас, потому что дальше так продолжаться не может. Нельзя ходить на свидание с одним, а потом бежать на бал с другим. Называть первое деловой встречей, а второе — решением ради Эрики. Все это неправильно. Худшее, что тебя ждет, — если Каллен честно скажет, что нисколько в тебе не заинтересован. Это ведь не страшно? Ох, почему именно на этом вопросе сердце так кольнуло?..

Я молчала и никак не решалась начать, однако Каллен спокойно ждал, никак не прерывая моих терзаний. В какой-то момент мне показалось, что я даже слышу его дыхание, хотя стук моего волнующегося сердца заглушал любые прочие звуки.

Нужно решиться. Это как прыгать с парашютом: главное — начать!

— Я буду говорить прямо, ладно? — начала я куда более взволнованно, чем хотелось бы.

— Вы знаете, я люблю прямолинейность и открытость.

— Тогда слушайте. Я девушка честная…

— Я не сомневался…

— Слушайте и не перебивайте! — нервно выпалила я, невольно взмахнув руками.

Ох, это, конечно, звучало беззлобно, словно на тебя кричит волнующийся хомячок, и все равно было жутко неловко. Хотя мне показалось, что в ответ на мою выходку Каллен совсем едва улыбнулся. Или нет? В полутьме сложно было разобрать. Ох, я вновь не о том думаю…

— Так вот, я девушка честная. И я не могу одновременно принимать ухаживания от двух мужчин. Я не знаю наверняка, можно ли назвать все сегодняшние ваши жесты ухаживаниями, но если да, то тогда мне нужно знать об этом здесь и сейчас. Я имею в виду… — Как же сложно было подбирать слова! — В общем, если я вам нравлюсь и вы думаете обо мне не просто как о гувернантке своей дочери, скажите, пожалуйста. Потому что я не могу ходить с Лианом на свидание, а после идти с вами на бал, где вы не подпускаете его ко мне на пушечный выстрел. Это неправильно.

Я говорила это все, смотря не на лицо Каллена, а на его рубашку. Потому что иначе его эмоции просто сбили бы меня с толку. И вот сейчас я наконец смогла заглянуть ему в глаза. Он оставался абсолютно спокоен и даже холоден. А может, я просто преувеличивала его безразличие, потому что оно было подобно ножу, что стремился в самое сердце. Дракон смотрел точно на меня обычным серьезным взглядом, и я хотела провалиться на этом месте. Какая же я глупая. Неужели я все поняла неправильно и на деле нисколько ему неинтересна? Именно такими мыслями я изнуряла себя, пока Каллен молчал. Пауза настолько затянулась, что это было уже невежливо!

— Скажите хоть что-нибудь!

Неожиданно дракон вздохнул, отпустил руки и медленно зашагал ко мне. У меня дыхание сперло. Я смотрела на него как завороженная и боялась пошевелиться. На секунду я даже подумала, что он идет к двери за моей спиной, но Каллен все же остановился в метре от меня, смотря теперь точно сверху вниз с высоты своего роста.

— Вы хотите знать, что я чувствую?

От этого спокойного голоса по спине прошлась волна мурашек.

— Да. — Я нахмурилась.

— Но я не умею говорить о чувствах.

— Вам придется постараться, потому что иначе вы ставите меня в неловкое положение!

Мое нервное тараторенье резко прервалось, когда на мою талию легли широкие ладони, а затем меня в одно движение прижали к стене. Дракон оказался совсем рядом, заставив меня ощутить, как его сильное тело становится моей неожиданной ловушкой. Одна из его рук с жадностью обняла мою тонкую талию, а ладонь второй уперлась в стену около моего лица. Теперь я бы не выбралась, даже если бы захотела.

— Слушай и не перебивай, — спокойно повторил он мои слова.

Его лицо в этот момент было в опасной близости. Я ощутила горячее дыхание, которое обожгло губы. Повезло ему: может продолжать дышать. Потому что я в этой ситуации попросту забыла, как это делать.

— Я не умею говорить о чувствах, а еще хуже разбираюсь в них, когда в том куске льда, который люди называют душой, начинает хоть что-то шевелиться, однако…

Он оторвал ладонь от стены и провел кончиками пальцев по моему лбу, убирая в сторону выбившуюся прядь волос.

— Однако я абсолютно точно смог различить желание сломать руки каждому, кто хотел сегодня отнять тебя у меня хотя бы на один жалкий танец. Можно ли это назвать симпатией — думай сама, но знай, что от упрямого и твердого решения сделать тебя только моей меня отделяет тонкая нить самообладания и глубокого уважения.