Но как? Я не знаю никого, кто живёт здесь.

По крайней мере, я всё ещё во Фроан Бэй. Наверное. Я делаю ещё несколько вдохов, но чувствую только незнакомый запах постельного белья и затхлый воздух, будто квартира долго стояла закрытой. На кровати есть и запах Тая, значит, он, скорее всего, где-то здесь, хотя я не слышу ни звука.

К счастью, на мне всё ещё платье и бельё, в которых я была вчера вечером, но туфель нигде нет. Я встаю на дрожащие ноги и крадусь к двум дверям.

За первой оказывается шкаф. Маленький, пустой, если не считать нескольких вешалок на перекладине. Я закрываю его и открываю вторую дверь. За ней — небольшая кухня, объединённая с гостиной. На продавленном коричневом кожаном двухместном диване сидит Тай и что-то пишет в блокноте.

Меня мгновенно накрывает облегчением. По крайней мере, рядом с ним я в безопасности.

Он выглядит уставшим, но сидит расслабленно, и это ещё больше убеждает меня, что непосредственной опасности нет. Может, он знает, где мы и почему оказались здесь. Когда я шире открываю дверь и выхожу из спальни, его голова резко вскидывается.

— Ты проснулась. — Он одаривает меня настороженной улыбкой, и по затылку тут же пробегает неприятный холодок. — Хочешь воды и обезболивающее?

Не дожидаясь ответа, он поднимается, бросает листок на потрёпанный журнальный столик перед диваном и направляется к кухонной зоне.

— Да, пожалуйста. — Голос выходит хриплым. Я принимаю таблетки и запиваю их водой. Прохладная жидкость приятно смягчает горло. — Где мы? — наконец спрашиваю я уже более нормальным голосом.

— В квартире в городе, — отвечает он, снова садясь, но теперь всё его тело напряжено.

Мне не нравится этот уклончивый ответ.

— Чья это квартира? Почему мы здесь? — Боги, воспоминания всё ещё в таком тумане. Кажется, я помню, как садилась в такси.

— Наша. По крайней мере, на какое-то время, — отвечает он немного виновато. Я ещё сильнее хмурюсь, пытаясь вытащить из памяти хоть какие-нибудь подробности вчерашнего вечера. Меня начинает это пугать. — Сколько ты помнишь с благотворительного вечера? — осторожно спрашивает он, наклоняясь вперёд. Упирается локтями в колени и переплетает пальцы, явно нервничая. Мне от этого только тревожнее.

— Помню выпивку. И танцы. Но почти ничего больше. Как мы сюда попали? — продолжаю давить, хотя пустота в животе уже подсказывает: ответ мне не понравится.

— Ты не помнишь, как пила кровь у человека? Или что было потом?

— Нет… — Хотя в голове мелькают какие-то вспышки злости и обрывки криков, которые никак не удаётся ухватить.

— Рэд, пожалуйста, не паникуй. — От его тона я тут же начинаю делать это. — Вчера, после того как я помог тебе впервые выпить кровь у человека, я ненадолго отошёл, чтобы тоже поесть. Я думал, там мы в безопасности. Но появился кто-то из моей бывшей стаи. Они, должно быть, что-то подмешали тебе в напиток. Они собирались тебя похитить.

Он снова встаёт с дивана, подходит ко мне и кладёт руки на мои обнажённые предплечья.

— Я привёз тебя в безопасное место.

Наверное, он пытается меня успокоить, но выходит наоборот. Ко мне возвращаются обрывки вчерашних криков. Мы спорим на улице. Тай говорит, что нам нужно уехать.

— А мой дом? — Я вскидываю на него взгляд и расправляю плечи.

— Твой дом небезопасен. Они не должны знать, где ты. Я сделал то, что должен был, чтобы тебя защитить. — Он снова и снова повторяет про безопасность, но с каждым разом я чувствую себя всё менее защищённой. Я отступаю, выскальзывая из его рук.

— Я на это не соглашалась, — говорю я, обводя рукой квартиру. — Ты обманом привёз меня сюда? — Я с трудом верю, что вообще произношу эти слова. Это же Тай. Несколько месяцев он помогал мне. Несколько месяцев мы строили отношения.

— Что? Нет! — Его руки опускаются, в глазах на мгновение вспыхивает что-то, но он тут же прячет эмоцию. — Ты практически отключилась из-за того, что тебе подмешали. Но я сказал тебе, что нам нужно найти место, где можно спрятаться.

— Я не помню. — Я прижимаю основание ладони ко лбу, пытаясь восстановить конец вечера. Но густой туман выдаёт лишь короткие вспышки. Наверное, это уже неважно. — Теперь я трезвая. Можешь отвезти меня домой?

— Мы не можем вернуться. Они будут следить за твоим домом. Рэд, мы не справимся с ними.

— Но я не связана с ними. Они не могут меня заставить, — возражаю я, уже устав повторять одно и то же.

— Рэд, я не могу просто стоять и смотреть, как стая тебя забирает, — резко отвечает он. — То, что они тебя накачали, разве не показывает, что ради тебя они готовы на всё? Они не собираются ждать твоего разрешения. Неважно, что ты не связана с ними. — Его слова звучат логично, но за ними чувствуется такой всепоглощающий страх, что он перекрывает всё остальное.

— Я не уеду из города. Я не собираюсь бежать от этих ублюдков, как мы и договорились, — кричу в ответ.

Этот город — единственное, что у меня осталось.