Родителям была бы ненавистна сама мысль, что меня вынуждают покинуть наш дом. Но если бы они знали почему, то поняли бы. Боги, как бы я хотел, чтобы они познакомились с ней.

Они бы её обожали. Мама верила в судьбу и родственные души. Уверен, она тут же начала бы подталкивать меня к тому, чтобы создать с Рэд связь пары, стоило ей увидеть ту идиотскую улыбку, которая наверняка появилась бы у меня на лице, когда я рассказывал бы о ней. Отец был практичнее. Именно он стал бы советовать мне не торопиться, напомнил бы о стае, которую мне однажды предстояло возглавить. Но говорил бы он это, с обожанием глядя на собственную пару, и я бы знал: если бы я решил связать себя с Авророй почти сразу, он всё равно поддержал бы меня.

Думаю, Рэд прекрасно подошла бы для этого — возглавлять стаю рядом со мной. Пусть она терпеть не может быть в центре внимания, я видел, насколько она предана и как сильно заботится о тех, кого подпускает к себе. Уверен, о нашей стае она заботилась бы так же.

Пальцы с такой силой сжимают телефон, что он хрустит. Я швыряю его на кровать рядом с собой и прогоняю эту фантазию. Всё равно придётся избавиться от него, чтобы на сто процентов быть уверенным, что по нему нас не отследят.

Я не могу дать Рэд то место, которого она заслуживает. Чёрт, я даже не могу обеспечить ей безопасность, которой она заслуживает.

Если Атласу можно верить, к докам нам лучше не соваться. Придётся двигаться на запад или на север и воспользоваться одним из небольших портов.

Я провожу ладонями по лицу и решаю, что пора принять душ и одеться на вечер. Нам нужно как можно скорее уйти отсюда и оказаться там, где стая не сможет устроить сцену.

— Я не собираюсь бежать. Вся моя жизнь здесь. — Я совершенно не ожидал такого, когда Рэд вернулась двадцать минут спустя. Всё это время мы спорим о том, что делать дальше. Время уходит, и мне нужно поскорее увезти нас из этого дома.

Я показал ей сообщения Атласа. Объяснил свой план. Не знаю, что произошло за то время, пока она была за пределами этой комнаты, но вернулась Рэд твёрдо убеждённая, что мы можем спрятаться у всех на виду.

— Рэд, ты сама видела, насколько он опасен, насколько жесток. В этот раз одними травмами он не ограничится. — Раздражение уже прорывается в голосе. Расхаживая по её маленькой комнате, я никак не могу справиться с галстуком.

— Я не собираюсь бежать, — решительно повторяет она. — Ты можешь какое-то время скрываться. Сам говорил, что умеешь это делать. Я притворюсь, будто тебя не видела. Будем встречаться тайком, как и раньше.

— Теперь Адисиус знает о нас. Если будет хоть малейшая вероятность, что ты всё ещё со мной, он не даст тебе никакой свободы.

Наши взгляды встречаются в зеркале. Она сидит за столом, заканчивая макияж. Решимость в её глазах заставляет меня заколебаться.

Она уверена, что у нас получится сделать всё по её плану.

— Он здесь ничего не решает. Я не связана с ним, как был связан ты. Я не обязана выполнять его приказы, — возражает она.

— Пожалуйста, поверь мне: выбора он тебе не оставит. — Я быстро подхожу к ней и опускаюсь на колени.

Она разворачивается ко мне, разводя ноги и заключая меня между ними. На мгновение меня отвлекает лёгкая атласная юбка её платья, задравшаяся на бёдрах. Я кладу ладони на её обнажённую кожу.

— Рэд, если с тобой что-нибудь случится… — Я замолкаю: от одной этой мысли сердце болезненно сжимается. — Я не доверяю ему настолько, что не подпустил бы к тебе и на километр. Чёрт, даже один остров с ним для тебя слишком близко, если бы всё зависело от меня.

— Я буду оставаться на людях. Никогда не буду одна. Он не сможет меня тронуть, если вокруг постоянно будут люди. Тай, через пару месяцев я заканчиваю университет. Тогда мы сможем уехать и решить, куда дальше. Просто… мне нужно сначала получить диплом.

Вопреки всем инстинктам я чувствую, что начинаю уступать. Просьба в её голосе пробивается сквозь все доводы здравого смысла.

— Из-за отца? — тихо спрашиваю я, когда она начинает теребить кольцо на шее.

— Да. — Она медленно, намеренно глубоко вдыхает. — Он так радовался, что я закончу университет. После войны они оба остались сиротами, и ни у одного из моих родителей не было такой возможности. Мне нужно довести это до конца. Я смогу несколько недель беречь себя. Обещаю, я не стану рисковать.

Моя решимость уехать окончательно рушится. Я не могу сказать этой самке «нет». И в её плане действительно есть логика. Это опасно, но мы уже несколько месяцев ходим по краю. Если будем начеку, то, уверен, сможем ещё несколько недель держать стаю на расстоянии. К тому же, если заранее подготовимся к отъезду, Рэд не придётся отвечать на столько вопросов. Она сможет предупредить друзей. И вероятность, что её объявят пропавшей и начнут искать, будет гораздо меньше.