Держась за руки, мы с Владом идем по торговому центру, и в одной из витрин я вижу их. Очки, влюбившие меня еще с рекламного разворота в журнале, который я неделю назад листала в метро.

Стоят наверняка космос, но разве можно удержаться, чтобы не посмотреть их поближе или даже не померить?

Старательно имитируя непринужденность, я прошу девушку-консультанта достать «вон те Фенди». Выясняется, что сидят они потрясно — даже лучше, чем я могла представить.

— Ну как? – взволнованно выдыхаю я, поворачиваясь к Владу. Знаю, что ему тоже понравится – но как тут не спросить?

— Очень красиво, — улыбается он, и хотя очки сидят у меня на носу, проходится восхищенным взглядом с головы до ног. – Сколько стоят?

— Дорого, — страдальчески гримасничаю я. – Это же Фенди.

Тут девушка-консультант, все это время державшая руку на нашем клиентском пульсе, придвигается ближе и доверительно сообщает.

— Сегодня на эту модель действует скидка двадцать пять процентов.

— Посчитайте, пожалуйста, конечную сумму, — просит Влад.

Я даже хмуриться начинаю. Вот зачем он? Уж он-то как никто силен в математике и понимает, что минус двадцать пять процентов от «дорого» так и останется дорогим.

Пощелкав калькулятором, девушка называет ему получившуюся цифру.

Влад достает бумажник, пересчитывает купюры и без слов идет на кассу.

Ровно столько денег у него с собой и оказалось, и все он без раздумий потратил на мою восторженную девичью мечту.

Мне тогда было девятнадцать, а ему двадцать два.

На сборы уходит всего полтора часа. Восемь лет моей жизни оказались невероятно компактными, уместившись в чемодан, две сумки и походный рюкзак.

Вещи я спускаю в машину, ключи за ненадобностью кладу под коврик и в последний раз смотрю на дверь. Влад хотел черную, но я настояла на фисташково-зеленой, потому что на ней не видна пыль.

В носу снова щиплет, поэтому я разворачиваюсь и быстро иду к лифту.

Гребаный трус. Я предупреждала, что приеду собирать вещи, а он даже не появился.

7

Неделя спустя

Стоя перед зеркалом в лоснящихся легинсах и тунике на одно плечо, я экстренно пытаюсь решить, спускаться ли к ожидающему такси, либо же послать к черту затею с вылазкой, стащить туфли и включить сериал про врачей, так эффективно помогавший мне засыпать всю минувшую неделю.

Еще раз скептически оцениваю свое отражение, задерживаюсь на вишневых губах и, вздохнув, решительно запихиваю под мышку сумку. Слишком уж хорошим вышел макияж, чтобы просто отсидеться дома. К тому же, я уже дважды подтвердила Марине, что буду на праздновании ее дня рождения, на который изначально приходить не собиралась.

Уф, ладно. Подарю подарок, выпью пару бокалов и, может быть, даже спою что-нибудь в караоке. К тому же, из-за меня она не пригласила Влада, так что…

Сидя в такси, я то и дело ловлю собственный взгляд в иссиня-черном глянце стекла и нервно вздыхаю. Непривычно ехать к общим друзьям без него, да и опасения относительно всеобщего сочувствия за неделю никуда не делись.

За мое часовое опоздание вечеринка успела набрать обороты: именинница вдохновенно пьяна, а ее гости, к счастью, слишком увлечены пением хором, чтобы предаваться жалости к кому бы то ни было.

Обняв Марину и вручив ей сертификат в супермаркет косметики, я пробираюсь за пустующий стол и одобрительно киваю на предложение паренька-официанта налить мне вина.

Белое сухое – еще одна из причин, почему я все-таки сюда приехала. Вчера домашний мини-бар окончательно опустел, а я дала себе слово его не пополнять, не на шутку встревожившись скорой дружбой с кассиром из «Бело-Красного».

— Ты чего, одна пить собралась? – раздается надо мной басовитый голос Жени, Маринкиного мужа. – Ну-ка подвинься.

Внутренне напрягшись, я смотрю как он перемещает чью-то сумку на соседний стул и втискивается рядом. Женя — друг Влада гораздо больше, чем мой, а еще он конечно в курсе нашего с ним разрыва. Надеюсь, ему не вздумается выпытывать у меня детали, ибо деликатно осекать в своем состоянии я пока не научилась.

— Дзинь, — я касаюсь его бокала своим и пью прежде, чем Женя успевает что-то вставить. Вино еще никогда не было настолько идеальным: в меру холодное, в меру кислотное, в меру фруктовое. Пусть только мой сосед ничего не испортит.

— Хорошо, что пришла, — басит Женя, опрокидывая в себя бокал с коричневатыми кусками льда. – Ну, как дела?

— Хорошо, — сосредоточившись взглядом на сцене, где расхаживает ведущий, я делаю второй глоток. – Как у вас?

— Работаем. Я тренироваться, кстати, снова начал.

— М-м-м, — неопределенно мычу я, а вопрос задаю лишь для того, чтобы не выглядеть совсем уж букой. – Баскетбол?

— Ну а что еще. Железки тягать мне скучно. Слушай, а ты…

— И снова привет! – Густой восточный аромат парфюма обволакивает меня со спины вместе с руками Марины. – Пойдешь с нами петь, душа моя?

Я накрываю ее ладонь своей и ласково постукиваю.

— Ну подожди уж чуть-чуть. Дай влиться в кондицию.