— Жень, там администратор что-то по поводу машин на парковке спрашивает. Может, ты разберешься?

— А что ему надо-то? – Скривившись, он нехотя поднимается. – Нашей машины там нет.

— Ну вот я и прошу тебя разобраться, — отмахивается Марина, юркая на освободившееся место. – А мы пока с Тейкой поболтаем.

— А то на работе не наболтались.

— Не наболтались конечно. Этери Вадимовна – важная птица. – Она стреляет в меня смеющимся взглядом. — К ней в кабинет просто так не зайдешь.

Когда Женя уходит, дышать становится легче. Уж слишком читаем был его настрой «раскрой мне душу». Я пришла отвлечься, а не пережевывать вслух свои страдания.

— Выглядишь отпадно! Или я уже это говорила?

— Говорила. Дважды на входе.

— Третий не помешает, — хмыкает Марина, залихватски со мной чокаясь. – Предлагаю выпить за меня.

Я улыбаюсь, потому что постепенно заражаюсь ее пьяно-веселым настроением. Это в офисе Марина – сама серьезность, но за его пределами – разбитная возмутительница спокойствия даже похлеще, чем я.

— Поддерживаю. Тебе же тридцатник стукнул, старушка?

— Не говори. Четвертый десяток разменяла. — Она со вздохом кладет мне голову на плечо. – Я так рада, что ты пришла. Если что — могу косячить, но ты имей в виду, что сегодня мне можно.

— Если соберешься танцевать стриптиз на сцене, я буду первой, кто запихнет тебе деньги в трусы, — иронизирую я, бодая ее макушку. – Ты же в курсе.

— А еще я могу начать петь шансон.

— В честь твоей тридцатки вытерплю уж как-нибудь.

— А еще напиться и уснуть.

— Тебе же хуже. Закон вечеринок гласит: кто первым ушел, того и будут обсуждать.

Маринин смех вибрацией прокатывается по телу. Я тянусь за бокалом, но различимое движение у входа заставляет замедлиться и вскинуть глаза.

От увиденного в грудной клетке ухает, а ладони и щеки колет холодом. Я резко дергаю плечом, чтобы скинуть Маринину голову и тем самым спросить у нее: «Что, черт возьми, происходит?»

И каким образом Влад вдруг появился здесь, если его даже не было в числе приглашенных.

8

Проходит секунд десять, прежде чем припев «Батарейки», старательно выводимый кем-то из гостей, прорывается сквозь напряженный бой сердца.

Я смахиваю с лица луч прожектора и смотрю, как Влад пожимает руку Жене и как доверительно наклоняется к нему, чтобы что-то сказать. Он приехал сюда прямиком из офиса, судя по белой рубашке, которую терпеть не может. Влад с его высокой тактильностью не выносит все, что хоть как-то стесняет движение. Лишь зарплата разработчика в известном медиа-холдинге способна заставить его соблюдать дресс-код.

— Ты сказала, что его не будет, — чеканю я, поворачиваясь к Марине. – Сказала, что не пригласишь его, если я приду.

— Я и не приглашала, — ее остекленевший взгляд стремительно трезвеет под напором моего праведного обвинения. – Но потом ты сказала, что точно не придешь, и я написала Владу, чтобы заезжал, если хочет… — Марина жалобно гримасничает. — Просто мы ведь тоже давно дружим... Он ответил, что вряд ли у него получится, и все на этом. А когда ты все-таки решила прийти, я не знала, что делать… Женя сказал, что Влад все равно не соберется, поэтому нет смысла обижать его отказом… Пожалуйста, Тей, не злись. Клянусь, это не специально.

Я смотрю себе на руки и глубоко дышу в попытке принять ситуацию. Сама виновата со своими метаниями: приду — не приду. Как бы ни хотелось, чтобы общие друзья выбрали меня, а Влада оставили за бортом, так не будет. Да и никакого изгнания ему я не желаю конечно. Просто именно сегодня хотелось побыть без депрессивных мыслей о нашем расставании. Но даже это не повод наезжать на именинницу.

— Все нормально, Марин, — я сдабриваю это лживое утверждение улыбкой, тем самым снимая с нее ответственность за мое состояние. – Надо было сразу четко озвучить, буду я или нет. Не переживай, скандалить мы не станем.

Притянув к себе бокал с вином, я смотрю в сторону входа. Компания встречающих Влада расширилась: теперь помимо Жени с ним стоят еще сестра Марины с мужем. Болтают и смеются так, как будто только и ждали его прихода. Это еще одна суперсила Влада – без всякой натуги располагать к себе людей.

Влад теплый, а к теплым людям всегда тянутся. Я бойкая и резкая, и потому такой не ощущаюсь. Видимо поэтому с моим появлением гости так и остались петь, а не скатились под ноги как к нему.

Покончив с приветственной частью, Влад принимается осматривать зал. Мне тут же хочется выпнуть Марину из-за стола. Конечно, он первым делом пойдет ее поздравить и вручить подарок.

Раньше мы всегда дарили общий, а сегодня каждый принес свой. Эта мысль до странности меня жалит — даже, пожалуй, больше, чем та, что Влад пришел.