— Не могу понять, шутишь ты или реально идиотка. Но ради нашей дружбы и, судя по всему, предсказанной войны, буду притворяться, что первое. — она устало потерла лоб. — И еще, я знаю, что ты увиливаешь от учебы.

— Сейчас я покажу тебе «увиливание».

Я с разбега прыгнула с кровати и закрутилась в эффектном ударе ногой с разворота.

Аран перехватила мою ногу в воздухе и дернула вверх, так что я перевернулась.

— Очень впечатляюще. Не терпится увидеть тебя с крыльями. — она усмехнулась. — Представляю, как ты влетаешь в здание.

Как ни странно, я тоже это себе представила.

ГЛАВА 20: СЭДИ

ГЛАВА 20: СЭДИ

ТЕСТЫ И РЕВНОСТЬ

Аран схватила книгу со стола и протянула ее мне, сделав еще одну долгую затяжку из трубки. По крайней мере, ее руки перестали дрожать. За последние три дня она курила так много, что это, казалось, больше не оказывало на нее никакого эффекта.

— Молли сказала, что завтра утром у тебя тест, и ты должна его сдать, иначе тебя казнят. Парни что-то говорили о том, чтобы позаниматься вместе сегодня вечером, но я решила, что тебе захочется побыть одной.

— О, мне определенно нужно личное пространство. — я выхватила книгу из ее рук и в приступе ярости попыталась разорвать ее пополам.

Я рвала и тянула бумагу, визжа от злости.

Она даже не порвалась.

Перед глазами все поплыло красным, стоило мне об этом подумать.

Они не могли дать мне хотя бы один день отсрочки после того, как я потеряла сознание или что там, блядь, произошло.

Не говоря уже о жуткой горничной.

Зная мое «везение», крылья, упомянутые в стихах, были просто намеком на то, что я превращусь в гигантского голубя. Ничего не имею против голубиного сообщества, просто не уверена, что такой образ жизни мне подходит.

Аран вырвала книгу из моих рук и зашагала к богато украшенному деревянному столу в углу.

— Теперь я понимаю, почему мои наставники вечно вздыхали. — она плюхнулась на стул и жестом пригласила меня сесть рядом. — Давай просто попытаемся пока забыть об этом стишках, потому что под моим присмотром ты не умрешь.

— Оу. — я приложила руку к сердцу. — Обожаю этот наш момент.

— Даже не надейся, что ты отделаешься легким испугом, пока я застряла в одном особняке с Джинкс. Ты знаешь, что она называет меня каннибалом, когда мы одни? Кто вообще так делает?

Момент был испорчен.

— А разве она не права?

Аран ударила меня, больно, и взяла книгу.

— Неважно. Нам нужно сосредоточиться.

Она прочла вслух:

— «Первое правило мафии. Непоколебимая преданность Дону и мафии. Любой, кто проявит нелояльность, будет казнен пулей в лоб, а его тело будет подвешено на самом высоком здании города на всеобщее обозрение».

— Чудесно.

Она пожала плечами:

— В смысле, могло быть и хуже. — ее глаза сузились, когда она пробежала текст дальше. — Смотри, правило второе гласит: если альфа будет пойман на физическом причинении вреда нулю, бете или омеге без провокации, Дон выпотрошит его, а затем сожжет заживо.

Аран содрогнулась на последней фразе, и я была безмерно рада, что в последнее время ничего не ела.

— Почему я не нулевая?

Она посмотрела на меня как на дурочку:

— Честно говоря, в мире фейри было хуже. По крайней мере, здесь есть правила. У меня на родине монархия могло сделать что угодно, с кем угодно и по любой причине. Что угодно. А мать была весьма изобретательна.

Я поджала губы, все еще не убежденная.

— И не забывай, что в мире перевертышей. В хороший день было сорок градусов ниже нуля, и было обычным делом, когда кто-то терялся в ледяной буре и никогда не возвращались.

— Да, пожалуй. Как думаешь, мир людей мирный?

Аран яростно покачала головой:

— Все знают, что там анархия. По слухам, у них есть оружие, способное сравнять с землей целый мир, мгновенно убивая всех в грибе ядовитого пламени.

— Почему все такое ебанутое?

Я терла руки, пока древние слова фейри, обещавшие смерть, все еще отдавались эхом в моих ушах.

Аран хлопнула по книге для убедительности:

— Больше никаких отвлекающих факторов. Ты не провалишь этот тест, потому что у тебя есть я. Я всегда была лучшей в своем классе, и ты не умрешь из-за теста. Это бред.

Я поджала губы:

— Разве с тобой не занимались наставники? Разве это был не класс из одного ученика?

Аран порылась на столе, пока не нашла ручку и стопку бумаги:

— Начни записывать все, что я говорю, чтобы не забыть. — она усмехнулась: — И Сэди, мой милый цветочек, всем фейри присваиваются анонимные идентификационные номера, и они обязаны сдать трехдневный стандартизированный тест в шестнадцать лет. Затем нас ранжируют друг против друга.

Глаза Аран блеснули выражением, которого я никогда раньше у нее не видела.

Мне потребовалась секунда, чтобы понять.

Она гордилась.

— Я была среднячком в большинству предметов, но заняла первое место из тридцати трех миллионов по боевой стратегии.

У меня отвисла челюсть.