Я выскользнула из татуированных рук Ашера, вдыхая его дивный сосновый аромат, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Кобра поднимает Ксеркса и швыряет его в стену, словно тот ничего не весил.

— Какого хрррена с-с-с тобой не так? — Кобра зашагал к нему.

Ксеркс мгновенно оказался на ногах, и в его пальцах завращались два невероятно острых ножа:

— Я никогда не говорил этого Клариссе. — в его медовом акценте зазвенела сталь.

Зрачки Кобры превратились в щелки:

— С какой стати мне верить ручной шавке королевы фейри?

Он двинулся вперед с поразительной скоростью, но Ксеркс успел увернуться и полоснул Кобру ножом по руке. Кровь брызнула на белый пол. Джакс взревел при виде пореза, появившегося на руке Кобры, и бросился на омегу. Ашер отшвырнул меня в сторону и встал на пути у Джакса. Он упал на колени как раз вовремя, чтобы избежать мощной лапищи, которая могла бы впечатать его в стену. Скользя по мраморному полу, Ашер врезал кулаками по колену Джакса, заставив великана споткнуться и выйти из траектории Ксеркса, который уже бросался вперед с кинжалами наготове.

Снаружи лил дождь, ветер с воем бился об стены особняка.

Мир зверей — отстой.

На долю секунды я задумалась: не побежать ли вверх по лестнице и не спрятаться ли в спальне?

Кровь капала с руки Кобры, и он улыбался Ксерксу так, будто в мыслях уже потрошил его. Глаза Ксеркса светились ярко-фиолетовым, и безжалостный убийца невероятно быстро вращал кинжалы в пальцах.

Кто-то сейчас пострадает.

Даже если я им больше не нужна… в романтическом плане, это не отменяло того факта, что они спасали мне жизнь бесчисленное количество раз.

Почему я должна быть такой хорошей?

Надеюсь, меня причислят к лику святых.

Я закусила внутреннюю сторону щеки до тех пор, пока рот не наполнился медным привкусом. Сосредоточившись на бурлящей тьме в глубине сознания, я улыбнулась, когда кровь во рту завибрировала от электричества. Это была чистая мощь.

В замедленной съемке драгоценности Кобры вспыхнули теневыми змеями и устремились к Ксерксу, который отвел руку назад и перенес вес, готовясь метнуть кинжал.

Ашер вцепился в Джакса, который схватил его и поднял, намереваясь впечатать в стену.

Я открыла рот.

Четыре капли крови пронеслись по воздуху и врезались в каждого из мужчин.

Мелкие капли погрузились глубоко под слои кожи, тканей, мышц и вен, как самонаводящиеся ракеты, ища источники их силы. В отличие от королевы фейри, которая была покрыта чарами и защитой многовековой давности, у них не было никакой защиты.

— Замрите! — приказала я.

Они замерли мгновенно.

В прошлый раз, когда я использовала свою силу, я истекала кровью после того, как древний вампир чуть не выпил меня досуха. Я думала, что использовать ее всегда будет больно.

Как же я ошибалась.

Чистая радость забурлила в груди, и из уст сорвался шальной смех, когда сила зазвучала во мне, как ток по проводам. Дурманящий прилив заполнил мозг, и мне показалось, что я воспарила над землей.

Это было все.

Они были в моей власти.

— На колени!

Раздался громкий стук. Они упали на колени, и четыре лба коснулись мрамора, когда они распростерлись у моих ног.

— ИЗВИНЯЙТЕСЬ!

— Мне жаль, — хором, без интонаций, произнесли они.

Я нахмурилась. Они смотрели на меня остекленевшими глазами. Это было жутковато.

— ИЗВИНЯЙТЕСЬ ИСКРЕННЕ.

— Мне по-настоящему жаль.

Все равно звучало неискренне. Я тяжело вздохнула: хотя мне и нравилось, как электрическая жизненная сила пульсирует в моих венах, я понимала, что это неправильно.

— Делайте прыжки «ноги врозь — руки вверх»!

Я ухмыльнулась, когда они вскочили на ноги и тут же начали выполнять одни из самых атлетичных прыжков, что я когда-либо видела.

— Стоп! А теперь обнимите друг друга и извинитесь.

Четверо двухметровых воинов заключили друг друга в тесные объятия.

— Мне так жаль, что я причинил тебе боль, — сказали они одновременно.

Я рассмеялась от ликования:

— А теперь плачьте, пока извиняетесь.

Они рыдали, цепляясь друг за друга и извиняясь.

— А теперь танцуй…

Аран перебила меня:

— Сэди. Ради всех титек богини луны, какого хрена ты творишь? И кстати, ты сдала тест?

Я медленно повернулась к ней и кивнула.

Ее глаза расширились, когда она увидела мой окровавленный рот и четырех мужиков, которые рыдали и обнимались, как зомби.

Затем она вскинула руки к небу:

— Блядь, да! Я знала, что ты сдашь. Я лучший учитель в мире.

Уолтер стоял позади нее, разинув рот, будто сам Дон убивал кого-то в прихожей.

— Эм-м-м… — я попыталась объяснить, но поджала губы, понимая, что не могу описать происходящее, не показавшись абсолютной психопаткой.

Вместо того чтобы придумать правдоподобную ложь, я растянула губы в маниакальной улыбке, а дурманящее удовольствие все еще кружило мне голову.