— Котенок, я бы выебал тебя прямо здесь, на глазах у всех, и даже глазом не моргнул. Так жестко, что ты бы орала мое имя на весь город.

Я постаралась проигнорировать то, как послушно отреагировало мое тело на его слова.

С Коброй все было понятно.

Он безнадежен.

Поэтому я перевела умоляющий взгляд на Ашера и Дэкса. Пальцы Ксеркса на моей шее сжались сильнее, словно он не мог себя контролировать. Ашер провел татуированными пальцами по своим рогам и тяжело вздохнул:

— Извини, принцесса, но я вынужден с ним согласиться. Ты сама заявила, что не хочешь в стаю. Так каков твой ответ? Ты либо с нами, либо нет.

И надо же было парням выбрать именно этот момент для выяснения отношений?

Кобра подался ближе и провел пальцем прямо по моему соску сквозь ткань, заставив меня инстинктивно заехать ему коленкой прямо по яйцам.

Он улыбнулся так, будто я сделала ему лучший подарок на свете.

У меня перехватило дыхание от липкого страха, когда он снова навис над моим личным пространством.

Он что, реально собрался лапать меня при огромной толпе зевак?

Вокруг нас все еще толпились Перевертыши.

Джакс рывком оттащил Кобра назад, заключая в жесткий захват:

— Только не в общественном месте, блядь.

— Почему нет? — Кобра не сводил с меня голодных глаз, облизывая губы.

Пальцы Ксеркса давили на горло до тех пор, пока воздух не начал кончаться.

Он меня убить пытается или возбудить?

Хрен пойми.

И что самое хреновое: выяснять это мне почему-то не хотелось.

— Джакс, спаси меня! — отчаянно завопила я, пытаясь отодрать ладонь Ксеркса.

— Ксеркс, отпусти ее, — Джакс подался вперед и задействовал свою медвежью массу, чтобы одновременно оттащить и Ашера, и Ксеркса.

Я с облегчением выдохнула, чувствуя, как кислород снова приливает к мозгу.

Ашер тут же приобнял меня за плечи в знак поддержки, за что тут же получил от меня звонкую пощечину.

Предателей не прощаем.

— Ну, это было захватывающе, — равнодушно бросила Аран, стоя чуть в стороне и сгорбившись от того, как яростно она продолжала чесать спину.

— Ты палец о палец не ударила, чтобы мне помочь! — возмутилась я.

— Сначала ты ведешь себя как безумная нищенка, а теперь устраивай показной спектакль. Не будь королевой драмы, сучка, — пробормотала она, избегая смотреть мне в глаза.

Она была слишком занята своей чесоткой.

Это ее очевидное состояние наводило на меня панику.

— Мы отсюда не уйдем, пока не найдем хоть какую-нибудь лечебную мазь для… — я осеклась, заметив в поле зрения, как Аран недвусмысленно изображает жест перерезания горла. — …для меня. У меня иногда синяки жутко чешутся.

— Котенок ранен? — в глазах Кобры вспыхнули огоньки.

— Малышка, почему ты сразу молчала? — прорычал Ксеркс.

Так началась наша увлекательная экскурсия, в ходе которой парни искренне уверовали, что я разваливаюсь на части прямо на ходу, а они этого не заметили.

Что было верхом иронии, учитывая, что пару минут назад они публично душили меня. Впрочем, их иррациональная забота о моем здоровье имела свои плюсы.

Как доказательство: мы наконец-то покинули торговый центр с пятью разными тюбиками противозудных кремов в обнимку. Один из них значился как «чудодейственное средство», а ценник на нем был такой, что, кажется, превышал сто тысяч кредитов. Но Ксеркс молча выхватил его у меня из рук и оплатил до того, как я успела пискнуть.

Единственным адекватным мужиком во всей этой компашке оставался Ашер.

Он то и дело подозрительно косился то на меня, то на Аран, явно догадываясь, что мы тут затеяли.

В какой-то момент он даже отвел Аран в сторону и прямо спросил, все ли у нее в порядке, а его смазливое лицо исказилось от смеси вины и беспокойства. Поскольку в ответ Аран лишь сильнее сгорбилась и принялась остервенело грызть ногти, тревога с его лица так и не сошла.

Хотя бы знание того, что я не одна переживаю за нее, немного успокаивало.

Когда мы наконец вернулись в особняк, до наступления темноты оставалось еще несколько часов. Я поплелась за Аран наверх по лестнице, уже мысленно предвкушая долгий и сладкий сон.

Но резко замерла от удивления.

Девчонки устроили импровизированную гоночную трассу из рулонов туалетной бумаги прямо посреди коридора и вовсю орали, пока Лапша на наперегонки несся с обычным хомяком.

Решать вопрос о том, откуда в доме взялся хомяк, я мысленно отказалась.

Когда Люсинда завопила что-то о том, что Джинкс теперь должна ей десять кредитов, потому что Лапша сошел с дистанции и победу одержал грызун, я просто прошла мимо.

Честно говоря, развивающаяся у младших сестер игромания волновала меня сейчас меньше всего.

Однако мои планы на сон окончательно накрылись медным тазом, когда в нос ударил запах теплых жареных каштанов, и Джакс с виноватым голосом потрепал меня по плечу:

— Нам нужно срочно разработать план.