— Очень смешно.

— Может, мне снова тебя поцеловать, чтобы ты улыбнулась сама по себе.

Я фыркаю.

— Это уже какой-то абсурд.

— Потому что ты не видела, как улыбалась после моего поцелуя.

— Ты одержима.

Она ухмыляется.

— Объясни, как ты вообще здесь оказалась?

Психея усмехается.

— Родители выгнали меня из дома после каминг-аута. Оказывается, иметь дочь-лесбиянку — позор, и я не заслуживаю жить под их крышей, если не начну встречаться с мужчиной. Какое-то время я жила у подруги, у неё отец грек, и она часто приезжает сюда навещать семью. Она рассказала мне про Кроноса и Олимп, и…

— И?..

Похоже, есть что-то ещё, о чём она не хочет говорить.

— Если честно, я хотела попроситься на работу в твой игровой зал. Но мне сказали, что ты очень придирчива в выборе сотрудников и почти никого не нанимаешь — это вообще редкость. А Афродиту мне посоветовали из-за…

— Из-за её доброты и мягкости, которых у меня, по всеобщему мнению, очевидно нет? — шиплю я.

Психея морщит нос.

— Никто никогда не говорил, что ты не добрая и не мягкая.

— Но никто и не говорил, что я такая. В отличие от моей сестры.

— А ты когда-нибудь пробовала показывать доброту и мягкость? Люди не могут знать, что у тебя есть нежная сторона, если ты её никогда не показываешь.

*Добротой ты не заставишь людей тебя бояться. Тебе не нужно им нравиться, нужно, чтобы они тебя боялись*, — шепчет голос Кроноса у меня в голове.

Я отмахиваюсь, словно могу вместе с жестом прогнать и сам разговор.

— Вернёмся к тебе. Мне жаль, что с тобой так вышло. Наверное, было тяжело.

Она пожимает плечами.

— По крайней мере, я свободна.

От этих слов становится больно, хотя она не может знать, какое значение они имеют для меня.

— Теперь можно я кое-что спрошу? — нарушает она тишину.

— Нет, — автоматически отвечаю я.

Она смеётся.

— Но ты даже не знаешь, что я собираюсь спросить!

— Что-то личное, да?

— Да.

— Тогда ответ точно нет.

Психея спрыгивает со сцены, и каблуки звонко ударяются об пол.

— Не настолько уж это личный вопрос.

— Ладно.

— Ну пожалуйста, можно?

Я встаю со стула, поднимаю его и направляюсь к барной стойке, откуда Имерос куда-то исчез. Психея следует за мной вприпрыжку, как маленький эльф, а её парик раскачивается из стороны в сторону.

— Ну давай, ну давай, ну давай, ну давай, — начинает она нараспев.

— Господи, какая же ты приставучая. Ладно, спрашивай!

Психея встаёт прямо передо мной, опирается о стойку с напитками и преграждает путь.

— Что тебе нравится делать?

— Что мне «нравится делать»?

— Да, вообще. В жизни. Чем тебе нравится заниматься?

— Боксом. Избивать жестоких мужиков в своём зале.

— Нет, я имею в виду то, что тебя развлекает.

Я даже не моргаю.

— Бокс. Избивать жестоких мужиков в своём зале.

Она сдерживает смешок.

— Это не хобби. У каждого человека есть что-то, чем он занимается в свободное время, чтобы отвлечься и развлечься. Вот про это я и говорю.

Ну, мне нравится читать. Хотя, возможно, по её меркам это не считается «весельем». Но всё равно лучше, чем вообще не иметь ответа.

— Книги. Чтение.

Её лицо озаряет ослепительная улыбка — значит, она довольна, что хоть что-то из меня вытянула.

— Отлично. А ещё?

Я открываю рот. А ещё? Что мне ещё нравится? Понятия не имею. Моя жизнь состоит из бокса, книг, учёбы и необходимости разгребать последствия импульсивной херни моих братьев. И чем больше я об этом думаю, тем яснее понимаю, что понятия не имею, что меня развлекает. Я вообще когда-нибудь веселилась в жизни?

Её улыбка гаснет.

— М-м-м.

— Что значит «м-м-м»? Ты меня осуждаешь?

Она распахивает глаза.

— Ой. Нет. Вообще нисколько. Я просто задумалась.

— О чём?

— У меня есть для тебя предложение.

— Нет.

Она запрокидывает голову и смеётся.

— Ты всегда такая? Ты же даже не услышала, что я хочу предложить.

— Уже представляю, что мне это не понравится.

— Если никогда не пробовала, откуда ты знаешь?

Словно Афродиту слышу.

— Ладно, говори.

Психея театрально разводит руки перед собой, будто разворачивает лист с подробным планом.

— Я попрошу у Афродиты выходной вечером, и мы пойдём развлекаться. Ты вообще пробовала заходить в другие игровые залы просто чтобы… не знаю, потанцевать? Попеть? Выпить что-нибудь не кислое? С кем-нибудь познакомиться? Сделать хоть что-то помимо боёв в своём зале и сидения без дела в клубе Афродиты?

— Нет. И не хочу.

— Почему?

— Потому что остальные меня узнают и начнут гадать, что я там делаю.

— Дай понять: тебе, значит, нельзя развлекаться? Людям нельзя увидеть, как Афина Лайвли танцует?

— Нет, — отвечаю я слишком быстро.