Я не понаслышке знал, насколько проворны его руки — особенно когда он смешивал коктейли в своём закрытом клубе в Сейлеме. В месте, где секреты текли рекой наравне с выпивкой.

— Боюсь, у меня в обрез времени.

— Дай угадаю: ты только что с одной встречи и уже опаздываешь на следующую, — бросил я. Эту песню я слушал всю сознательную жизнь, ещё с тех пор, как мальчишкой наблюдал за его беседами с моей матерью.

Когда я связался с ним и спросил, согласятся ли его ребята подстраховать нас в канализации Корваллиса, он выставил то же условие, что и Чандра с Локланом: держать его в курсе всего без утайки. Двое его сородичей по-прежнему числились пропавшими без вести. Я заверил его, что он узнает всё ровно в ту секунду, когда узнаю я сам. Он знал: Чёрный Клык относится к Серым Лапам с глубоким уважением, да и сотрудничали мы далеко не впервые. Быть может, мне удастся наконец убедить этого недоверчивого старого лиса подписать официальный союз между нашими стаями.

— Бизнес никогда не спит, а значит, и его хозяевам покой не светит, — негромко отозвался он. — Был искренне рад познакомиться, Фэй.

Девушка с робкой улыбкой пожала ему руку:

— Взаимно. Спасибо вам огромное за всё, мистер Мэрроу.

— Можешь звать меня Сайласом.

Фабиан демонстративно надул губы:

— Да ладно? Ей, значит, можно звать тебя по имени?

— Сам понимаешь: чары у вас совершенно разного толка.

— Смотри, как бы твой муж этого не услышал.

Губы Мэрроу тронула натянутая усмешка. По правде говоря, я ни разу в жизни не видел, чтобы он улыбался открыто и искренне.

— Твоя персональная ложа в «Красном бархате» всегда к твоим услугам, Мендоса. Доброй ночи.

И он растворился во тьме с присущей ему безупречной бесшумностью.

Фэй посмотрела на нас, округлив глаза чуть шире обычного, и протянула предмет. Это оказался пистолет — настолько миниатюрный, что смахивал на детскую игрушку:

— Похоже, мы не единственные, кто спит и видит, как разнести Black Edge в пыль.

***

— Чёрный Клык заодно с Кровавой Землёй?

В голосе Фокс звенело неприкрытое изумление. Вэнс прекрасно понимал начальницу: он и сам ни за что не поверил бы в подобное, не окажись свидетелем лично.

— В точности как мы и предполагали: Фэй Коваленко до определённой степени осведомлена о преступлениях своего отца и деятельности его секретного подразделения. — Парень сел (вернее, без сил рухнул) на узкую скрипучую кровать дешёвого мотеля. Отвязаться от Серых Лап стоило адских трудов. Единственным плюсом заварухи было то, что Демидов и его псы — по крайней мере те, кто уцелел, — вряд ли станут задаваться вопросом, куда он подевался. Наверняка решили, что его прикончили или взяли в плен. Оставалось лишь состряпать правдоподобную легенду и объявиться на горизонте: потрёпанным, напуганным и раненым. — Она явно ввела стаи в курс дела, и теперь они идут по следу лаборатории.

— Дочь против отца… Никогда бы не подумала, что именно здесь окажется брешь в несокрушимой броне Валентина.

Вэнс с силой потёр уставшие глаза. Лично ему это казалось вполне логичным. Коваленко всю жизнь обращался с девчонкой как с последней дрянью — ровно с тем же ледяным пренебрежением, с каким относился ко всему роду шифтеров.

Теперь по крайней мере стала ясна истинная причина. После встречи с Фэй у него не осталось и тени сомнений в её природе. Тревожило другое: знал ли об этом сам Коваленко? Был ли он осведомлён о существовании металюдей? Это объясняло бы его маниакальное желание вернуть её любой ценой. Жаль только, что столь щепетильное дело он поручил этому недоумку Демидову.

Когда он озвучил свои соображения Фокс, на том конце провода повисла долгая тишина:

— Ты прекрасно знаешь: металюди и «Нексо» — не наша забота. А если девчонка прибилась к Чёрному Клыку — тем более.

Они не входили в их сферу интересов просто потому, что на бумаге их не существовало вовсе.

Вот только сам Вэнс был живее всех живых. Как и Фэй Коваленко. И к горлу подкатывала тошнота от одной мысли о том, что люди вроде Валентина Коваленко наложат свои лапы на их способности.

Впрочем, работал он отнюдь не на благотворительную организацию, пёкшуюся о всеобщем благе. В игре всегда присутствовали скрытые мотивы. К счастью, прямо сейчас высшему руководству было совершенно не на руку, чтобы проект Black Edge продолжал функционировать.

— А теперь выкладывай настоящую причину своего звонка.

— Я намерен выйти на связь с Чёрным Клыком.

— Исключено.

Отказ Фокс прозвучал резко и безапелляционно. Но и решимость Вэнса была не менее твёрдой:

— Они всё равно продолжат искать лабораторию.

— Они чёртовы камикадзе! — бросила Фокс с несвойственным ей жаром. Словно в ней вдруг заговорили живые эмоции, чего быть не могло в принципе: её начальница была бессердечной стервой. — А уж о Кровавой Земле я вообще молчу. Тебя внедрили в эту структуру именно потому, что здесь требуется ювелирная тонкость. Один неверный шаг — и многолетняя работа полетит к чертям собачьим.