Он белый, покрытый рубцами, идеально круглый — словно его выжгли с пугающей точностью… почти как будто его специально туда поместили. Мое сердце сжимается от этого осознания, и горло сдавливается от всех слов, которые я с трудом пытаюсь произнести. Когда я отступаю на несколько шагов, чтобы отвлечься, я замечаю, как Гарри пристально рассматривает след на моей щеке, который еще не зажил после пощечины моей матери. Остался лишь намек на ссадину, практически незаметный, если не находиться в непосредственной близости от меня.

— Кто это с тобой сделал? — спрашивает он, прикоснувшись рукой к моей щеке.

Утешение от его прикосновения инстинктивно заставляет меня прижаться к нему. Когда его глаза темнеют, требуя ответов, я говорю: — Расскажи мне о своих ранах, и я расскажу тебе о своих.

Его челюсть сжимается.

— Я больше не буду просить, принцесса.

— Я тоже, — повторяю я. — Кто оставил на тебе этот след, Гарри? — Ярость в его глазах безжалостна. — Ты не можешь просить меня о доверии, когда я не могу тебя уберечь.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

— Тогда впусти меня, — умоляю я.

Он отводит взгляд.

— Нет.

Этот мужчина станет моей погибелью. Он мучителен. Он проклят.

И всё же… идеально несовершенен.

Осознание пронзает меня прямо в грудь: я не хочу, чтобы он стал моей погибелью. Я хочу, чтобы он стал моим спасением.

Глава 12

Гарри

По моим венам течет знакомое чувство ярости, но сегодняшний вечер может стать для меня последней каплей.

Мы провалили дело, и кто-то за это поплатился. Я был недалек от того, чтобы пойти по его стопам. Как будто на меня обрушилось проклятие за каждый грех, который я когда-либо совершал, а увидеть её было лишь вишенкой на вершине этого чертовски неотразимого торта.

Она стояла там в лунном свете, словно ангел, ниспосланный мне, на расстоянии вытянутой руки, но совершенно недосягаемая, одетая лишь в тонкую хлопковую футболку Грега. Ткань была настолько легкой, что я мог разглядеть очертания ее сосков, выпирающих под ней. Даже мысль о том, чем они занимались, прежде чем я ворвался, заставляет меня сжать кулаки.

Что бы я отдал, чтобы прикоснуться к ней…

Она так чертовски привлекает меня, что у меня болят все конечности, до такой степени, что я могу упасть от своей страсти и влечения. Если бы она только знала.

Но даже если бы она знала, она недосягаема. Для меня. Для большинства мужчин.

Я поклялся, что не прикоснусь к ней, но сегодня вечером я чуть не нарушил это обещание, после того как она провела руками по моему телу. Мои джентльменские инстинкты пробуждаются только в присутствии Джиджи Томас, но я не уверен, сколько еще смогу продержаться. Эта женщина — с ее ростом в сто шестьдесят три сантиметра, глазами Бэмби и розовыми губами — доводит меня к гребаному пределу.

Но я не могу впустить ее в свою жизнь.

Я видел и делал вещи, которые ни один мужчина не должен делать. Я не могу рисковать, втягивая ее в этот мрачный, злой мир, в котором я живу. Она слишком чистая для этого мира, и если я позволю ей слишком приблизиться ко мне, это лишь вопрос времени, когда я высушу ее чистоту до последней капли.

Она не знает обо мне всего. А когда узнает — она возненавидит меня. Еще сильнее, чем сейчас.

Как бы я ни жаждал ее, это не превосходит моего стремления к тому, чтобы она жила нормальной жизнью. Вот почему я был с ней так жесток. Но мой срок подходит к концу. Ради ее же блага я надеюсь, что она будет держаться подальше, потому что в следующий раз, когда она окажется рядом со мной, я не буду так снисходителен.

Я скрывал от нее кое-что о ее семье. Мрачные секреты.

Я знаю о них больше, чем даю понять.

И если она узнает, она убьет меня.

Глава 13

Джиджи

Почему, когда мои эмоции начинают идти вразнос, я всякий раз оказываюсь в очередном чёртовом ночном клубе? И я там не одна. Мия взяла на себя смелость пригласить Гарри и Энди.

Она опять куда-то убрела, оставив меня одну, но у меня уже нет сил волноваться. Напитки льются слишком легко, и с каждым глотком я чувствую, как тело расслабляется и погружается в состояние опьянения. Можно было бы подумать, что после того, что случилось в прошлый раз, я буду осторожнее, но мысль о том, что Гарри где-то в этом здании, успокаивает меня, как бы сильно я ни хотела, чтобы это было не так.

При одном лишь воспоминании о нём я осушаю ещё несколько бокалов для верности. Меня покачивает, когда я пробираюсь обратно на танцпол, чувствуя, как пульсация баса отдаётся у меня в венах.

Кто-то подходит сзади, и тепло его тела почти мгновенно расслабляет мои кости. Я приваливаюсь к нему спиной, как к старому приятелю, зная, что он видит во мне кого угодно, но только не это.

Мята и кожа переполняют мои чувства, усиливая ощущение опьянения. Сильная рука скользит по моему животу, выше, к груди, пока пальцы не растягиваются поперёк моей шеи.