Гарри опирается на верхнюю часть дверного косяка, прямо над нашими головами. Мои глаза словно магниты притягиваются к напрягшимся мышцам его предплечий и бицепсов, когда он смотрит на меня сверху вниз.

— Снова думаешь сбежать от меня? — Он ухмыляется, наклонив голову.

Я хочу сбить эту ухмылку с его чертовски красивого лица.

Скрестив руки на груди, я сохраняю самообладание, несмотря на то, как сильно его присутствие искушает меня забить на все свои моральные принципы.

— Мне не нужна нянька.

— Я бы тоже предпочел, чтобы тебя здесь не было. — Его взгляд скользит по моему телу, скорее всего, с отвращением. — Но убегать посреди ночи — ты с ума сошла!

Этот комментарий отрезвляет меня, как ничто другое.

— Я знаю, как себя защитить.

Дерево под его ладонями скрипит от давления, которое он на него оказывает. Его тело напрягается до такой степени, что это выглядит болезненно, а вспышка в его глазах достаточно ясно дает понять, что он кипит от того, что я сбежала.

— Что? Потому что у тебя был брат, да? — он практически выплевывает эти слова.

Мои глаза вспыхивают.

— Прошу прощения?

Он отворачивает голову, в его глазах мелькает что-то дикое.

— Ты не знаешь, что там снаружи.

— А ты знаешь?

Его ноздри раздуваются, и он отталкивается от дверного косяка, отделяя нас на несколько шагов.

— Не убегай больше.

— А если я сбегу?

Он фыркает, поворачивается ко мне спиной и говорит через плечо:

— Если ты не сбежишь, то завтра вечером я обещаю рассказать тебе, что на самом деле произошло между мной и Грегом.

— Почему не сегодня вечером?

Он на мгновение замолкает.

— Потому что это даст тебе повод остаться.

Глава 10

Джиджи

 

Мы с Гарри решили не обращать внимания на те странные эмоции, что бушевали вчера вечером. Проснувшись, я направляюсь на кухню с твёрдым намерением держаться подальше от мужчины с изумрудными глазами и взъерошенными чёрными волосами. Но он так непринуждённо опирается о кухонную стойку — и осмеливается выглядеть именно так.

 

Увидев его, я замираю. Судя по всему, мужчины в костюмах — мой новый тип, потому что дыхание перехватывает при виде этого божества под два метра ростом в чёрном костюме и белоснежной рубашке.

Его взгляд встречается с моим над краем кофейной чашки, и он отодвигается в сторону, пропуская меня в кухню. Я тихо благодарю его, надеясь, что голос меня не подведет, и говорю:

— Я и не знала, что профессия фотографа может быть такой профессиональной.

— В Кенсингтоне открывается новая студия. Дресс-код — официальный костюм, так что придется нарядиться. Думал, ты об этом знаешь.

Мои глаза сужаются до щелей.

Телефон звонит, и по спине пробегает холодок — я уже знаю, кто это. Но когда на экране вспыхивает «Грег», живот скручивает болью. Полностью игнорируя звонок, я возвращаюсь к кофе и замечаю, как напрягся подбородок Гарри.

— Я с тех пор с ним не разговаривала, — говорю я, как будто мне нужно оправдываться.

Он кивает, но ничего не говорит.

К тому моменту, когда я внимательно смотрю на него, его самоуверенная манера поведения исчезла.

Наши взгляды встречаются, и он несколько раз открывает рот, чтобы что-то сказать, но губы продолжают закрываться. Затем он заметно сглатывает и говорит:

— Я вернусь только вечером. Могу я быть уверен, что ты снова не сбежишь?

— Я…

Я резко поворачиваю голову к входной двери, которая распахивается. Мия вскакивает внутрь, практически прыгая, а висящая у нее на плече сумка подпрыгивает при каждом шаге. Ее юбка и футболка ярко-зеленого цвета резко контрастируют с тусклой цветовой гаммой дома.

Гарри потирает виски.

— Господи боже.

— И мне тоже приятно тебя видеть, Гарольд. — Она бросает сумку на прилавок и усаживается на барный стул.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает он.

— Сопровождаю свою девочку. — Ее взгляд скользит по его телу. — Ты же не против, правда? Похоже, ты все равно собирался уходить.

Я не слышу, что он отвечает, но слышу не слишком тонкое ругательство, которое следует за этим. Он направляется к двери, неуклюже возится с телефоном, поднося его к уху.

— Посиди с ними, — фыркает он, сжимая переносицу. — Проследи, чтобы они не наделали глупостей. В моих планах на эту неделю не было нянчить девчонок, Энди… — Он захлопывает дверь, даже не попрощавшись.

Мия поворачивается ко мне с уверенной улыбкой, торжествующей.

— Все прошло хорошо.

— Что ты здесь на самом деле делаешь?

Она останавливается на полпути, вытаскивая из сумки большую пачку бумаг, и смотрит на меня, как будто я ее ударила.

— Я думала, мы расследуем смерть Джека — или кто-то высокий, смуглый и красивый испортил не только твою мораль? — Она наклоняет голову, намекая на гораздо большее, чем очевидно.