Мы обнимаемся, и я прижимаюсь к нему чуть крепче, вдыхая знакомый запах его одеколона, прежде чем я вынуждена отстраниться. Несмотря на то, что этот контакт был коротким, я цепляюсь за него, как за спасательный круг.

Хадсон отодвигает для меня стул, и по тому, как напрягаются мышцы Гарри, я понимаю, что он уже взбешён, ещё до того, как ужин начался. Когда я сажусь, белая льняная скатерть покрывает мои колени, и мой телефон вибрирует. По спине пробегает осознание, когда я достаю телефон и читаю сообщение.

ГАРРИ

Не уходи отсюда с Хадсоном.

Я поворачиваюсь к виновнику, но его голова опущена, он украдкой смотрит в экран телефона. Я прячу телефон под скатертью и печатаю ответ.

Я

У меня нет выбора.

ГАРРИ

Я даю тебе выбор.

ГАРРИ

Если ты уйдёшь с ним, я убью его.

Я

Перестань вести себя как ребёнок.

ГАРРИ

Ты не веришь мне?

ГАРРИ

Я покажу тебе, насколько я серьёзен, принцесса.

Я

Ты НЕ убьёшь Хадсона Андерсона.

Но он не отвечает.

Я поднимаю глаза от телефона, встречая взгляд Гарри. Между нами проходят невысказанные слова. Этот человек не доживёт до завтрашнего дня, если я не буду сотрудничать.

Я делаю глоток вина, чтобы успокоить нервы. Босс благодарит официантку, наполняющую его бокал, Хадсон делает то же самое. Тем временем я чувствую, как Гарри раздвигает свои длинные ноги под столом, его колено касается моего.

— Итак, Хадсон, как дела в бизнесе? — спрашивает Гарри, поворачиваясь к нему. — Когда я вижу тебя, ты всегда кажешься занятым работой. Я ценю мужчину, который знает, чего хочет.

Взаимодействие кажется довольно безобидным… пока Гарри не кладёт руку на внутреннюю сторону моего бедра. Всё моё тело напрягается, и я давлюсь глотком вина.

— Джиджи, с тобой всё в порядке? — спрашивает Босс.

Ладонь Гарри сжимается сильнее.

— Всё хорошо. — Я смеюсь и хватаю салфетку, промокая подбородок. — Просто не в то горло пошло.

Хадсон замирает, окидывая меня взглядом, и я безмолвно молю его отвернуться. Когда он делает это, он откидывается на спинку стула и говорит:

— Всё как всегда. Ты знаешь, как бывает… Рич говорит, что вы с Джиджи неплохо развлекаете публику в «Пиксиз». Как вам это?

Рука Гарри медленно ползёт вверх по моей ноге, пока не натыкается на мой «Глок». То самое оружие, на котором он выгравировал свои инициалы. Я вижу проблеск усмешки, прежде чем он продолжает свой путь. Несмотря на то, что я сжимаю его запястье, он не останавливается.

— Это было неожиданно, но мы хорошо работаем вместе… — Гарри поворачивается ко мне как раз в тот момент, когда его рука достигает изгиба моего бедра. Его пальцы вдавливаются в мою промежность, вдавливая ткань в кожу. — Правда, Джиджи?

— М-м-м, — говорю я, маскируя дрожь в голосе ещё одним глотком вина. И ещё одним. И ещё одним. Мои щёки горят от румянца, но я виню в этом пустой бокал, говоря: — Вино всегда быстро проходит сквозь меня.

— Я закажу тебе ещё один бокал, — говорит Хадсон, поворачиваясь и подзывая официанта.

Гарри погружает пальцы глубже, и мои бёдра безжалостно сжимаются вокруг его руки.

Он заявляет свои права.

Мои пальцы впиваются в его ладонь. Я не уйду с ним, мысленно кричу я.

Он прекращает свою пытку, и я быстро прихожу в себя.

— Спасибо, — говорю я официантке, наполняющей мой бокал.

Босс наклоняется вперёд, опираясь предплечьями на стол, и говорит:

— У меня есть задание для вас обоих на завтра. Нужно закрыть кое-какие вопросы в Челси.

Это код для «убийства».

— Считайте это выполненным, — говорю я ему. — Сколько вопросов?

Он усмехается.

— Всего два.

Лёгкая работа.

Я улыбаюсь.

Хадсон замечает этот жест. Положив руку на спинку моего стула, он спрашивает:

— А я думал, что ты не вписываешься. Тебе действительно нравится тёмная сторона бизнеса?

— Очень.

У меня падает сердце, когда я чувствую что-то холодное и твёрдое, прижатое к моим бёдрам, заменившее руку Гарри. Я делаю несколько глотков вина, замечая знакомый кинжал, трущийся об меня.

Чем дольше рука Хадсона лежит на спинке стула, тем грубее становится прикосновение. Я кашляю, вино обжигает горло. Хадсон трёт мою спину с беспокойством, и я почти взрываюсь от того, что это может означать.

— Всё в порядке. Правда.

Он убирает мои волосы с плеча, касаясь моей шеи.

— Всё нормально. Позволь мне…

— НЕТ!

За столом воцаряется тишина.

Я делаю дрожащий выдох.

— Мне неприятно, когда меня трогают. Но спасибо.