Но если моей команде хватило жестокости, чтобы заставить их сдаться, значит, мы уже победили.

Я уже собиралась развернуться, когда заметила их.

Двое мужчин перепрыгивали с крыши на крышу в трёх домах от нас.

Чёрт.

С такого расстояния я не могла точно разглядеть, кто это, но, если чутьё меня не обманывало, одним из них был Бист.

Я стиснула кулаки и бросилась за Тэйвином.

Быстрее.

Ещё быстрее.

Впереди показался лес вокруг Дракхара.

Нам оставалось лишь добежать до его границы.

Ночь озарили факелы. Командиры Эйс и Локк и несколько других ассасинов ждали нас, держа их в руках. Они стояли там, где проходила граница.

Я заметила Вандера рядом с командиром Локком. Руки он держал за спиной.

Как он успел оказаться впереди, если ещё недавно был рядом со мной, оставалось для меня полной загадкой.

Я почувствовала приближение двух мужчин из другой команды.

Сердце забилось сильнее.

Мы были так близко.

— Не останавливайся! — крикнула я Тэйвину и резко затормозила.

Я присела и взмахнула ногой, подсекая мужчину справа. Он пошатнулся, рухнул вперёд и распластался лицом по земле.

Я потянулась к лодыжке Биста, но он успел проскочить мимо.

Я ударила кулаком по земле и бросилась следом.

— Наверное, яйца до сих пор болят, — бросила я со смехом, надеясь заставить его прекратить погоню.

Он резко развернулся и замахнулся кулаком.

Слишком предсказуемо.

Я отклонилась назад, уходя от удара, а затем снова рванулась вперёд и ударила ногой по его колену.

Он отскочил в сторону.

Мы уже собирались снова броситься друг на друга, когда свисток рассёк ярость между нами.

Я отступила, а он пошёл на меня, сжав кулаки и опустив руки вдоль тела.

Он хотел драться.

Я тоже.

Гнев из-за смерти матери всё ещё горел во мне.

Я могла использовать его.

Я подняла кулаки, готовясь обрушить на него боковой удар в голову.

— Игра окончена! — крикнул командир Локк. — Команда ассасинов победила!

Бист остановился, но от него буквально веяло ненавистью.

Я выждала мгновение, чтобы убедиться, что он не бросится на меня, затем опустила руки и нашла взглядом Вандера.

Он улыбался.

Нет.

Он сиял широкой улыбкой.

Неужели он снял маску только ради меня?

Сердце забилось — но теперь от радости.

Мне казалось, будто у меня выросли крылья, и я могу просто взмыть в воздух.

Тэйвин вскинул кулак к звёздам.

— Мы победили!

Он бросился ко мне, едва не сбив меня с ног, а затем поднял над землёй и закружил.

— Мы победили, Косторез!

Я рассмеялась и вцепилась ему в плечи.

— У-ху!

Из шеренги ассасинов донеслось несколько приглушённых смешков.

Даже командир Локк позволил себе на мгновение забыть о суровом выражении лица и вскинул вместе с нами кулак.

Почтовый голубь взмыл в воздух с руки командира Эйса и полетел туда, где я оставила остальных членов своей команды.

Вандер вышел из шеренги командования ассасинов и побежал к нам.

Я выскользнула из рук Тэйвина.

Обогнула хмурого Биста.

Мне хотелось броситься Вандеру в объятия. Я шла ему навстречу всё быстрее и быстрее, но в конце концов мы оба замедлились и остановились лицом к лицу, спрятав руки за спиной.

Я не могла перестать улыбаться.

Гнев внутри меня превратился во что-то другое.

Не во тьму.

В свет.

Моя мама хотела бы, чтобы я радовалась этому моменту.

— Отличная работа, Косторез.

— Спасибо, Вайпер. Похоже, все эти тренировки не прошли даром.

— Похоже на то. Но, думаю, ты должна кое-кому бутылку виски, маленькая воровка.

Он ухмыльнулся, и я шутливо толкнула его.

— Я знала, что ты где-то рядом.

— Не переживай. Я верну украденные вещи.

— Что ж, именно благодаря этой маленькой воровке ты и получил возможность отомстить.

Глава 20

Наполненная эйфорией победы, я часами не могла заснуть, с нетерпением предвкушая завтрашний выходной. Я ворочалась с боку на бок, чувствуя легкий укол вины за то, что позволяю себе радоваться, а не предаваться печали. В конце концов я задремала, но посреди ночи проснулась от дрожи. Нос заиндевел, а дыхание вырывалось изо рта клубами пара. На улице это было нормой. Но внутри? Нет. На окнах с внутренней стороны тоже нарос иней.

Я с ужасом думала о том, чтобы вылезти из-под одеяла, но неохотно откинула его и вздрогнула, ступив голыми ногами на ледяной пол. На цыпочках я быстро перебежала к деревянной печи и зависла ладонью над ней. Печь была холодной.

Со стоном я распахнула дверцу и обнаружила, что внутри не осталось даже тлеющих углей. Поленница, что обычно лежала возле печи, опустела. Каменные башни, судя по всему, паршиво удерживали тепло. За окном завывал ветер, швыряя в стекло белые простыни метели. Фу. Опять снег.