Оскалившись в улыбке, словно дети, сбежавшие от родителей ради дня приключений, мы помчались за остальными. Я не сбавила ход, приближаясь к краю крыши, и прыгнула, подавив смешок, когда перелетела на следующую. Большинство крыш в городе находились достаточно близко друг к другу, чтобы мы могли перепрыгивать через пролеты. Пока мы не уперлись в одно из более высоких четырехэтажных зданий, и нам не пришлось карабкаться по трубам и перилам. Я мысленно поблагодарила Вандера за то, что он заставлял меня лазить по канатам и деревьям последние несколько недель. На полпути наверх я услышала скрип открывающейся двери и замерла. Селин уже перебралась через край крыши, но мы с Тэйвином висели на водосточной трубе прямо под самым высоким балконом.

— Какая красивая ночь, — донесся сверху мужской голос. Он перегнулся через перила балкона, и я прижалась ближе к стене. Если он посмотрит вниз и влево, то увидит нас с Тэйвином, висящих на металлической трубе. Я посмотрела вверх и обнаружила, что Селин и еще парочка ребят выглядывают из-за края крыши. На одном из них была зеленая лента. Он остановит игру, если нас заметет горожанин, и мы проиграем.

— плющ, мы можем спрятаться в плюще, — прошептал Тэйвин. Густой темно-зеленый плющ покрывал перила и свисал на фут ниже каменного карниза. Тэйвин перемахнул на балкон и вцепился в черные металлические перила. Мне пришлось бы отпустить трубу и опору для ног и положиться исключительно на хватку пальцев. Пот уже смочил мою форму. Дерьмо.

— Дорогая, иди посмотри на луну. Сегодня она такая яркая, — позвал мужчина.

Я не намерена проигрывать эту игру из-за нас. Я схватилась за нижнюю перекладину перил и убрала ноги с трубы. Мы с Тэйвином висели на высоте четвертого этажа, и под нашими ногами ничего не было. Я не смотрела вниз — не могла. Если я сорвусь, Вандера здесь не будет, чтобы спасти меня на этот раз.

— Ого, похоже, скоро полнолуние, — произнесла женщина. Ее шаги зацокали по балкону, и она встала прямо над тем местом, где мы висели.

Я закрыла глаза и начала считать, чтобы отвлечься от боли, зародившейся в моей увечной руке.

— Возвращайтесь внутрь, — пробормотал Тэйвин.

— Помнишь, как мы танцевали здесь, когда были молодыми? Почему мы больше этого не делаем? — проворковала женщина.

«Только не сегодня, пожалуйста,» — мысленно застонала я.

— Музыки нет, — сказал мужчина, но тут я услышала ее смешок и шорох их шагов.

— А ты все еще умеешь двигаться.

Я уже досчитала до ста и начала обратный отсчет, пока они танцевали, отлично проводя время, в то время как мы с Тэйвином висели над верной смертью. Девяносто девять, девяносто восемь, девяносто семь…

— Ты как, держишься? — прошептал Тэйвин.

Моя ранее травмированная рука горела огнем. Даже здоровая рука начинала болеть. Если бы я двигалась, если бы моя хватка подкреплялась опорой ног, все было бы в порядке, но сейчас весь мой вес приходился на руки. Я кивнула и продолжила молча считать.

— А ты?

— Я мог бы провисеть так всю ночь.

Женщина снова хихикнула, а мужчина издал стон.

— Они это серьезно? — прошипела я шёпотом.

Тэйвин подтянулся, чтобы заглянуть за край, а затем снова опустился.

— Угх, он прижал ее к стене, а ее рука у него в штанах.

— Они достаточно отвлечены, чтобы мы могли проскользнуть?

Он озорно улыбнулся:

— Возможно.

Я больше не могла держаться, и мне пришлось рисковать. Я качнулась обратно к трубе и крепко зажала ее между сапогами. Селин помахала нам, показывая, чтобы мы двигались. Я даже не смотрела, я просто двигалась — быстро и бесшумно — и перемахнула через край крыши. Я глянула вниз как раз в тот момент, когда Тэйвин взвился наверх. Парочка все еще миловалась, совершенно ничего не замечая.

— Удача сегодня на нашей стороне, — сказала Селин с радостной ухмылкой. Остальные ученики ждали, но теперь нам нужно было двигаться вдвое быстрее.

Мы добрались до библиотеки Эттердама, перейдя на территорию команды вампиров, и свернули на дорогу, которая вела в район города, казавшийся заброшенным. Дома были разрушены, с рваными крышами и дырами в стенах. Ни фонарей, ни факелов. Бурьян сорняков разросся настолько густо, что от дороги почти ничего не осталось. То, что казалось старым каменным храмом, рушилось, и у него не хватало стен. Почему они забросили эту часть города? Почему бы не привести сюда людей из Лотлтона, если есть место? Его можно было бы отремонтировать и превратить во что-то приличное.

Мы подошли к старому деревянному мосту через реку и остановились. Лунный свет искрился на темной воде, а светлячки порхали вокруг камышей.

Бронзоволосая девушка, возглавлявшая группу, снова достала карту. На её воротнике было написано позывное ФОКСГЛАВ.

— Нам следует разделиться, чтобы сбить их с толку. Половина из нас может пойти сюда с заложниками, а некоторые спрячутся в руинах старого храма и будут отбиваться.