Он докладывал волку? Я знала, что в этих глазах светился разум. Белладонна или близнецы, должно быть, умели проникать в разум этих животных.

— Что ж, здесь тебе прятаться не нужно. Иди и возьми. — Белладонна подняла взгляд на меня. Вандер проследил за её взглядом и наконец увидел меня. Я не могла прочесть выражение его лица. Оно было из камня. Я замерла, сглатывая подступивший приступ страха.

Глоток… из меня.

С довольными улыбками Марс и Квинтон переглянулись.

— Да, и почему бы нам тоже не поделиться? От неё действительно вкусно пахло. Я хочу попробовать.

Горло Вандера дёрнулось, но он провёл рукой по волосам и очаровательно улыбнулся.

— С каких это пор мы делимся занятыми источниками?

— Каждый делится со своими королями, когда мы этого хотим, — ответил Квинтон, с голодом проведя языком по нижней губе.

Вандер усмехнулся.

— Конечно, я готов поделиться со своими королями, но вы ведь не против, если я сначала выпью сам? Прошло пару дней. Я начинаю нервничать.

Белладонна опустилась на трон, и её волки взбежали по ступеням, чтобы усесться рядом с ней.

— Не знаю, как тебе это удаётся, Вандер. Ты такой особенный.

— Иди и напейся вволю первым, — сказал Марс, пока они с Квинтоном проходили мимо него. Бок о бок они вальяжно направились к главным дверям. — Ты много работаешь на нас.

Двустворчатые двери распахнулись, и гости вечеринки медленно потянулись обратно в зал. Вандер не сводил с меня глаз, пока спешил вниз по ступеням к цепи на стене, удерживавшей мою клетку. С быстрым металлическим лязгом сверху меня опускали всё ближе и ближе к полу. Спуск прекратился, когда до земли оставалось всего пара футов. Мгновение спустя он стоял передо мной с ключом, который, должно быть, снял со стены.

С тихим щелчком дверь со скрипом открылась, и он протянул мне руку. Впервые с тех пор, как он вошёл в этот зал, он выглядел сломленным, отчаявшимся. Эта надменная вальяжность испарилась, словно струйка дыма.

Я уставилась на его протянутую руку. У меня не было другого выбора, но я не хотела прикасаться к нему. Всё доверие, созданное за время нашего знакомства, рухнуло за одну ночь. Одно дело — узнать, что он вампир, обращённый против своей воли и преданный ЛОА. Совсем другое — знать, что он работает на близнецов и Белладонну.

Предатель.

И теперь он хотел пить мою кровь и делить меня со своими королями? Я даже не могла посмотреть ему в глаза.

— Эйсира, — мягко произнёс он. — Пожалуйста. Если ты будешь мне подыгрывать, я вытащу тебя отсюда. Просто знай: я могу делать и говорить вещи, которых ты не поймёшь.

Я провела руками по лицу, качая головой. Я не могла поверить, как быстро всё изменилось. Мне казалось, что я всё ещё в кошмаре и вот-вот проснусь. Делать вдохи с каждым мгновением становилось всё труднее.

— Подыгрывать, как твоя ручная зверушка? — Я дёрнула за ошейник. — Как собака?

Его глаза были стеклянными.

— Мне жаль, — прошептал он. — Именно так они относятся к людям, которые не являются вампирами. Но тебе нужно вести себя так, будто ты влюблена в меня. Ты ассасин, и они знают, насколько ассасины верны, — это единственная причина, в которую они поверят.

Я оскалилась на него.

— Влюблена в Вандера-ассасина или Вандера-предателя?

Он поморщился и сжал губы.

— Пожалуйста. Я обещаю вытащить тебя, если ты будешь меня слушать. Я обещаю всё тебе рассказать.

— Как будто я могу тебе верить. — Если его план не сработает, я умру. Если останусь — умру. После всей этой лжи могла ли я вообще верить, что он хочет вытащить меня отсюда? Было ли вообще возможно, что они меня отпустят? У меня не было никаких других идей, как покинуть эту гробницу живой, так какой у меня оставался выбор, кроме как следовать за ним, как я делала с самого дня нашей встречи? Его взгляд смягчился, моля о доверии, которое было разбито вдребезги. Даже если он был предателем ЛОА, я верила, что он заботится обо мне достаточно, чтобы спасти, если это возможно. Иначе его бы здесь сейчас не было. Ярость жгла мои вены, но я наконец взяла его за руку. Его пальцы сжались вокруг моих. Это был мой единственный способ выбраться отсюда живой.

Он помог мне ступить на глянцевый пол. Музыка заиграла снова. Группа людей унесла каменное тело Дрейвина, а несколько других смыли кровь. Я скрестила руки на груди от внезапно охватившего меня холода и огляделась, пока зал снова заполнялся вампирами. Вандер снял свой длинный камзол и накинул мне на плечи. Он пах лесом, пах им.

Тяжесть ткани приносила утешение, но моим первым порывом было швырнуть её обратно в него. Мне пришлось совладать с собой и вместо этого продеть руки в рукава. Я должна быть покорной. Буду подыгрывать, и, может быть, мне посчастливится увидеть ещё один рассвет.

Он взял меня за запястье и наклонился к самому уху. Я попыталась вырваться, но он сжал руку сильнее.