Закат окрасил небо в потрясающие оттенки розового и лососевого. На улицах города начинала опускаться ночь, и в небе мигали первые звёзды. На мне был комплект новой одежды из лавки Мьюриэл. Топ плотно облегал торс, с квадратным вырезом и длинными рукавами-фонариками, затягивающимися на запястьях. Он был достаточно коротким, чтобы открывать полоску кожи на животе. Лазурно-синий цвет отлично сочетался с моей кожей и оттенял медь в моих светлых волосах. Чёрные брюки сидели почти впритык, не так плотно, как форма ассасина, но близко к тому. Сапоги, которые Мьюриэл тайком подсунула мне, были тёмно-серыми, на каблуке и доходили почти до колена.

Когда я оставляла Вандера в комнате, у меня все внутренности скрутило узлом. Он настоял на том, чтобы я пошла повеселиться, хотя сам присоединяться к нам не собирался, и его отговорка была простой: «Я не ем за столом учеников и не пью с ними. Другие наставники тоже не идут». Но с тех пор, как несколько дней назад мы столкнулись с вампирами, он был тихим, не находил себе места. Казалось, будто он уже отдаляется от меня, уже наполовину ушёл в своих мыслях, несмотря на обещание сражаться усерднее.

Я до ужаса боялась, что вернусь сегодня ночью домой, а его уже не будет, и я ничего не смогу с этим поделать.

Я не могла представить, чтобы он сражался на их стороне, но, если он сдастся Белладонне, что это будет означать? Они будут пытать его, пока он не подчинится? Запрут в камере? Даже если он пойдёт к ним, как того хочет Белладонна, они всё равно могут нацелиться на меня, чтобы заставить его повиноваться, и я сказала ему об этом.

Единственной причиной, по которой я смогла оставить его одного, было то, что завтра нас ждало задание по ликвидации Дрейвина Нокса, и он бы его не пропустил. А поскольку существовал шанс, что это моя последняя ночь в живых, я пообещала Селин и самой себе, что пойду и оторвусь.

Главная улица была забита народом. Когда мы добрались до «Ночного колпака», нас встретила очередь на вход. К счастью, долго стоять не пришлось. Сегодня Селин жирно подвела глаза тёмным колем и заплела волосы в косы и жгуты, совсем как в тот первый день, когда я её встретила. Её слоново-белый топ спускался с одного плеча и имел глубокий вырез на спине, демонстрируя мышцы, но её татуировка ЛОА была прикрыта. Потребовалось лишь пару взмахов ресницами, несколько комплиментов и хихиканье с её стороны, чтобы вышибала быстро пропустил нас внутрь, и мы втащили Тэйвина и Шэдоухоука за собой.

Музыка гремела, люди притопывали ногами в такт. В воздухе висело облако едкого сигарного дыма. С примитивных круглых люстр время от времени капал воск.

Едва мы переступили порог, как у Селин во рту уже оказалась сигарета:

— Фэлкон сегодня нет рядом, чтобы сказать мне «нет», — хихикнула она и выпустила струйку дыма.

Шэдоухоук взял у неё сигарету и сам сделал затяжку. Я плохо его знала, но была благодарна за то, что она переключилась с Биста. Во многих отношениях он был полной противоположностью Биста: более тёмные волосы, оливковая кожа, шире в плечах, молчаливый и не козёл. Мне казалось любопытным, что её могут привлекать два совершенно разных типа мужчин.

Мы повесили свои мечи на крючки на стене для оружия — рядом с несколькими посохами магов, двуручными мечами воинов, парой топоров и одним луком с колчаном стрел. Селин сказала, что на стене лежат чары, не позволяющие ворам забрать чужие клинки или посохи. Я не знала, как именно магия распознаёт владельцев, но доверилась ей.

Тэйвин взял меня за руку, а я держала Селин, пока он вёл нас сквозь толпу к барной стойке. В нос ударил запах выдохшегося эля. Здесь собрались люди самых разных возрастов: от совсем молодых ребят до стариков с белыми волосами и серыми бородами. Большинство пожилых мужчин и женщин сидели за игорными столами, бросали кости и двигали монеты, пока молодёжь кружилась и танцевала перед музыкантами. Это напоминало мне длинный дом у меня на родине.

Перед нами остановилась подавальщица. В её ушах болтались большие золотые кольца, а пышная грудь наполовину вываливалась из тесного платья:

— Что вам налить, милые?

— Мне пинту эля, — ответил Тэйвин.

— Мне два шота виски, — сказала Селин.

— Эль, — добавил Шэдоухоук.

Ни один из этих напитков меня особо не привлекал, и я окинула взглядом меню на стене за её спиной. Эль, виски или медовуха. Разнообразия маловато.

— Ни один из этих напитков не зачарован, правда?

Тэйвин хмыкнул:

— Только не здесь. Не переживай, Эйсира. На этот раз тебе не понадобится Вандер, чтобы выносить тебя отсюда.

Я закатила глаза, но улыбнулась:

— В таком случае, можно мне полпинты медовухи, пожалуйста? — Она была хотя бы слаще эля.

— Сейчас будет.