Я свернул в боковой коридор. Отлично. Пространство было окутано густой тенью. Я взмахнул рукой, проходя мимо, и мрак сгустился. Он был невидим, но теперь превратился в вязкую субстанцию. Это не остановило бы моих преследователей, но замедлило бы их, как будто они бежали во сне. Наконец-то я выиграл немного времени.

Я выбежал на задний дворик и миновал бар с самым тонким в мире плоским экраном. То есть за мной гнались копы, а я остановился поглазеть. Я никогда не видел ничего подобного.

Два мужика на барных стульях и бармен не отрывались от просмотра футбольных матчей. На гранитной стойке бара рядом с пустой тарелкой лежал потрепанный бумажник. Я поморщился, но все равно его схватил. Не называйте меня вором, назовите меня приспособленцем. Эта штука так и напрашивалась, чтобы ее взяли в руки, а я был в затруднительном положении.

Я помчался к бассейну. Женщины в бикини и мужчины с такими мышцами, каких у меня никогда не было, развалились в шезлонгах и кабинках для переодевания. Я притормозил, проходя мимо группы бразильцев в стрингах, потому что я всего лишь человек. Дальше шла блондинка с силиконовой грудью, читавшая журнал, и, скажем так, я прошел мимо нее, даже не заметив, пока не понял, что в руках у нее был не журнал.

Мои ноги скользнули по мокрому бетону, и я растянулся на полу. Я не смутился, просто растерялся. Женщина держала в руках странный маленький телевизор, еще тоньше, чем тот, что стоял в баре. Она уронила его себе на колени и сердито посмотрела на меня, но я видел только слова, бегущие по экрану.

Святое дерьмо. Что это, черт возьми, было?

— Что, пялишься? — насмешливо спросила женщина, закатывая глаза. Я впервые обратил внимание на ее лицо. Она выглядела как избалованная девчонка, привыкшая получать все, что ей вздумается, кроме времени. Она скрывала первые морщинки под тонной косметики и еще большим количеством пластических операций. Порнозвезда, играющая с научно-фантастическим гаджетом. Я не мог решить, что из этого больше похоже на эротический сон подростка.

— Пол, — позвала она, и в ее голосе зазвучали испуганные нотки. — Этот парень меня пугает.

Черт, я и забыл про свои волчьи глаза. Я не стал тратить время на то, чтобы проверить, насколько он большой, этот Пол. Кем бы он ни был, я мог с ним справиться. Дело было не в победе. Мне нужно было перевести дух. Но я не мог этого сделать, не убежав сначала.

Я бросился бежать, прекрасно понимая, что если продолжу двигаться на восток, то в конце концов выйду к океану.

Глава 5

Саут-Бич в Майами состоит из трех основных улиц: Вашингтон-авеню, на которой расположено большинство баров и клубов; Коллинз-авеню, где сосредоточены все отели; и Оушен-драйв, которая не только проходит по песчаному пляжу и с которой открывается прекрасный вид на Атлантический океан, но и изобилует ресторанами, отелями и всевозможными заведениями, которые только можно себе представить.

Между тремя проспектами есть два переулка. Я находился во втором из них. Оставалась только Оушен-драйв, и, хотя там было много людей, среди которых я мог бы затеряться, я выделялся, как бельмо на глазу. Мне нужно было срочно найти место, где можно залечь на дно.

В этом переулке было еще теснее, чем в предыдущем. Путь мне преграждала большая цементная стена, похожая на крепостную. И само здание было построено в том же стиле. Стена была частью массивного строения с крышей в испанском стиле и решетчатыми окнами. Это препятствие занимало добрую половину квартала с обеих сторон от меня, и я не знал, в какую сторону бежать.

Дело в том, что я устал бежать. И устал бороться. Я просто хотел остановиться. Я сокрушался о своей невезучести, пока не понял, что это за гигантское здание.

Особняк Версаче, роскошная резиденция печально известного итальянского модельера. Настоящий дом на Оушен-драйв с видом на пальмы, песок и воду. Когда много лет назад дизайнера застрелили прямо на крыльце, дом выставили на аукцион. У кого были деньги, чтобы позволить себе такое место?

Это пренебрежение сыграло мне на руку.

Я подставил под одно из окон мусорный контейнер и запрыгнул на него. Металлическая решетка была заперта, и я не думал, что смогу ее взломать. Помните, что моя металлургия хороша только для слабых металлов. Эта сталь была создана для того, чтобы не пускать людей внутрь. Но это не было проблемой. Я перелез через прутья и подтянулся к окну над ними, а затем еще выше — к крошечной балконной стене, сделанной из таких же решеток. Я перепрыгнул через перила и, сделав глубокий вдох, повернулся к двустворчатым дверям.

И снова решетки оказались крепкими. К счастью, одна из дверей была открыта. Ошибка пользователя: замки работают только тогда, когда они заперты. Я проскользнул внутрь и закрыл за собой дверь, не оставив следов своего присутствия.