— Вообще-то, ваш протеже Ютор — чуть ли не последний оставшийся у нас работник из местных. — Гриффин с мрачным удовлетворением улыбнулся, глядя на хлопающие холщовые стены. — Мы занялись чисткой. Ваше открытие, что они фильтровали наши газеты… Раз так — дело совсем другое.

В конце концов он уступил, и она с четверть часа лихорадочно перерывала свою квартиру в поисках одежды и вещей первой необходимости, а потом, пока скучающий водитель Хайдена ждал снаружи, наскоро набросала записку для Шоны и опустила ее в почтовый лоток здания, пока он возился с ее чемоданами.

У зажигателя солнц были собственные лодки; потратив несколько минут на обсуждение (больше походящее на перебранку) с Тарви, он собрал ватагу народа и просто полетел прямо из мастерской на свою яхту. Леаль сидела спереди в одном из куттеров, рядом с Гриффином. Она чувствовала себя так, словно ее похитили.

Это было именно такое приключение, о каком она всегда мечтала. Если бы Шона оказалась здесь, она бы точно радостно напутствовала Леаль — о черт, да собственная мать напутствовала бы.

Мысли об этой упущенной для родителей возможности заставили Леаль нетерпеливо ухватиться за направляющий канат и сразу за Хайденом втащить себя на его яхту. Мужчины и женщины впереди них рассыпались по судну, зажигая фонари и открывая иллюминаторы. Она вывернула шею, чтобы рассмотреть все, пока летела по центральному коридору корабля, ожидая чудес; однако была слегка разочарована.

По всей яхте идея роскоши боролась с идеей войны, и трудно было сказать, кто побеждает. Кое-где шикарные каюты подверглись разорению, а на их месте взамен установили аскетичные ракетные батареи. К золотой отделке по бокам коридора бесцеремонно пригвоздили степлером некрашеные трубки дополнительной переговорной связи. К рукам статуи (преимущественно обнаженной женской фигуры) прямо в главном салоне прикрутили аптечки первой помощи. Все иллюминаторы были оснащены тяжелыми металлическими ставнями.

— Да, нам нужен индий, как и бор-11, — крикнул Хайден кому-то в ответ. — Приготовьтесь к выходу через десять минут. Я не хочу, чтобы тут слонялись абиссальские инспектора.

— А вам так можно? — спросила она его. Он ухватился за путеводный шнур и уверенно улыбнулся ей.

— Я все-таки зажигатель солнц, — сказал он.

— Но можно ли мне? — Она неуютно поежилась. — Мне не полагается путешествовать без разрешения правительства, и…

Он поднял руку.

— Вот — давайте я вам покажу кое-что.

Он исчез вниз по трапу; Леаль, не обрадованная тем, что настолько подпала под власть его обаяния, последовала за ним.

Трюм корабля был забит гигантскими ящиками и рогожными мешками. Здесь пахло машинным маслом, свежим деревом и просмоленной веревкой. Хайден подхватил фонарь и, лавируя между ящиками, проскочил на расчищенную площадку, где остановился рядом с громоздкой сферой из тусклого металла, занимавшей почти всю десятифутовую ширину трюма.

— Вот, — сказал он. — Солнце.

Она покачала головой, недоумевая, но не зная, как реагировать на его шуточку.

— Нет, в самом деле, — сказал он, шлепнув установку по боку. Гулкого эха за шлепком не последовало — сфера казалась сплошной, как валун. — Это инерциальный термоядерный реактор с электростатическим удержанием плазмы. — Он ласково улыбнулся устройству. — На самом деле это просто пусковой агрегат, то есть он производит достаточно энергии, чтобы зарядить электромагниты в блоке побольше. Ну, он и его пять братьев.

Леали пришлось улыбнуться:

— Вы всем девушкам показываете свой реактор?

Он выглядел озадаченным — и гораздо более обаятельным, чем при попытке продемонстрировать искушенность.

— Я к тому, — сказал он, — что для большинства людей мы все еще чудотворцы. Ваше правительство пугается штучек вроде этой, — он снова хлопнул по реактору, — и нашей репутации. Мы можем приходить и уходить, когда нам заблагорассудится.

— Но не бесконтрольно, — сказала она. — И если эта чрезвычайная ситуация усугубится…

— Именно. — Он удовлетворенно улыбнулся. — Как я уже говорил Тарви, если мы не слетаем за этой поставкой сейчас, то другого шанса может нам не представиться еще долго.

Возможно, это мой единственный шанс отправиться с ними. Он высказался; она кивнула, решив больше его дар под сомнение не ставить.

Наступило неловкое молчание.

— Ну, — сказала она, — теперь, когда вы показали мне свою большую игрушку, не пора ли нам вернуться?

Он засмеялся:

— Конечно. Ведите.

Так что выбора с поездкой у нее не осталось. Значит, ей следовало радоваться, ведь это было грандиозное приключение, в конце-то концов. Она верила, что со стороны зажигателя солнц или его людей ей ничего грозит. Возможно, у нее появится шанс увидеть места, о которых она только слышала или видела на фотографиях.