Он раздраженно пожал плечами:

— Человек может быть мечтателем. В любом случае, разве вы только что себя не объявили выше таких низменных соображений, как деньги? Как ученый, разве вы не должны быть выше политики?

— Это не политика. — Она села прямо. — Нападать на невинных зимних призраков, устраивать на них облавы ради пропаганды, чтобы показать, что ты что-то делаешь, когда на самом деле не делаешь ни черта — вот где политика. А у меня… жуткое беспокойство — что же скрывается во тьме. Беспокойство, что правительство отрицает природу проблемы. Вы, конечно, знаете, что прибытие тех крейсеров на днях — это дымовая завеса, чтобы скрыть тот факт, что остальной флот опаздывает с возвращением? Вы знаете, что города исчезли? Не попали под набег пиратов — зимних призраков (на протяжении всей истории призраки никогда не были пиратами), а просто исчезли? И корабли тоже? Мистер Тарви, моя страна переживает кризис, который не имеет ничего общего ни с этернистами, ни с призраками, ни с закрытием моего факультета. Возможно, вас мало интересует, что мое правительство отказывается признать природу угрозы; но уверяю вас, для меня это далеко не просто политическое соображение!

— Редкий случай, — сказал кто-то позади нее, — чтобы кто-то так стойко выдерживал вымораживающий цинизм Тарви.

Повернувшись, она увидела, что в дверях стоит Хайден Гриффин. Тот был очень бледен, с темными пятнами под глазами и взъерошенными волосами. Сунув руки в карманы своей поношенной рабочей одежды, он сказал:

— Чем мы обязаны этому визиту, доктор Маспет?

— Она хочет, чтобы мы переправили письмо, — беспечно ответил Тарви. — Во Внутреннюю Стражу.

Он взял в руки предмет, о котором шла речь, а Леаль неловко поерзала, пытаясь ухитриться держать в поле зрения обоих мужчин одновременно.

Гриффин нахмурился:

— Внутреннюю Стражу? Вряд ли им требуется извещение о монстре от вас — если это монстр.

— Вя явно не читали вчерашней газеты, — сказала она. — Иначе вы бы знали, что наше правительство отклонило предложение Стражи о помощи.

Гриффин обменялся недоуменным взглядом с Тарви.

— Я прочитал вчерашнюю «Пост». От корки до корки. Там не было никакого упоминания…

— О? А вы уверены, что читали ту же газету, что и я?

— Разве есть на свете еще одна «Абиссал Пост»?.. Гм… — Он насупленно глянул на Тарви. — Где-нибудь осталась копия?

— Уборщицы так рьяно гоняются за ними. — Тарви шлепнул себя по лбу. — Хотя должна бы быть. Посмотрим.

Он поднялся и проскользнул мимо Леаль и Гриффина. Мгновением позже она услышала, как он привлекает внимание людей в кабинете.

Гриффин задумчиво уставился в дверной проем.

— Абсолютно не считал себя сильно наивным, пока не попал сюда.

Тарви вернулся со скомканной газетой. Они расстелили ее на столешнице — она, Леаль, стояла с Гриффином и его лейтенантом в самом центре мастерской. Он перелистнул страницы.

— Где была эта статья?

— На четвертой странице, кажется. — (Он перелистнул газету.) — О! — Леаль провела пальцем по столбцам. — Эта страница другая… Вот статья, о водоочистительной станции. Это старая новость, месячной давности. И эта… — Она поднесла бумагу к свету. — Второй лист старый. Они заменили сегодняшние страницы на листы из старого издания. Видите? Дата вверху заменена, а именно… — Она прищурилась. — Ручкой.

Гриффин выругался, а Тарви смутился.

— Что ж, я снова у вас в долгу, — сказал Гриффин. — Никто из наших этого не заметил.

Она сложила газету.

— Когда вы сюда прилетали в прошлый раз, они были совсем другие, верно? Откуда бы вам подозревать все эти предубеждения. — Гриффин и Тарви хмуро смотрели друг на друга. — И теперь вы жалеете, что вообще сюда явились! — воскликнула Леаль. — Но поздно!

— Как вы и говорите, — сказал Гриффин. — Сейчас все иначе. В тот раз мы служили предметом престижа — экзотические искатели приключений, приехавшие зажечь пламя цивилизации в далекой части мира. Большая ценность для пропаганды и нечто, способное заставить даже Княжества обратить внимание на Абисс. Но теперь, когда Абисс появился на их картах — совсем другое дело. Последнее, чего захочет любая страна, — это чтобы какой-то проклятый чужак запустил новое солнце по соседству. Это повлечет за собой эмиграцию, изменения в местном балансе сил… Зажечь солнце — это акт агрессии, с какой стороны ни взгляни. Неудивительно, что Абисс передумал принимать нас у себя.

— Вы пришли сюда в первый раз, потому что никто другой не хотел вас принимать, — сказала она. — Я и понятия не имела… — Конечно, в то время правительство называло совершенно другие причины.

Гриффин поморщился.

— Вы находитесь на дальнем конце мира от Слипстрима. Там о вас никто не слышал. И вы живете без солнца по собственной воле, так что мы были совершенно уверены, что вы не украдете эту проклятую штуку у нас из-под носа. В тот раз все сложилось удачно.