Леаль посмотрела туда, куда он указывал, потом молча кивнула, и у Гриффина появилось довольное выражение.

— Значит, не сплошные выдумки. — Он аккуратно положил книгу на стол.

— Рубежные мотли реальны, — сказала она. — Ходят слухи, что в прошлом году один из них напал на дворец в Слипстриме…

— Не слухи, — сказал он. — Хотя я сам его не видел. В тот момент я был занят запуском нового солнца Эйри.

Он едва улыбнулся, словно ожидая от нее бурных восхищений. Леаль подумала — или спросить, не знаком ли он в самом деле с Антеей Аргайр, искательницей приключений, предположительно служащей во Внутренней Страже, и сестрой ее бывшей соседки по комнате. Подумать только, между ними нашлась общая связь! Но это было бы так бестактно, даже провинциально, а признание, что она знает Антею, означало бы признание разительного контраста между ней и Антеей.

— Мотли, — сказала она, вдруг остро ощутив, как близко он находится: всего лишь через стол от нее. — Мотли работают на нас. Это очень важное различие. Либо они вступили в союз с нами в далеком прошлом, либо… мы их создали. — Она ожидала иронического смеха, но тот лишь пожал плечами. — Миро-осы — это нечто совершенно иное. Старше, крупнее и умнее. Мы создали Виргу при их помощи — как и при помощи многих других существ. Некоторые из них для нас лишь название, мы понятия не имеем, чем они были и существуют ли до сих пор. Возможно, жуки-титаны — их потомки…

Он громко выбранился.

— Одного такого я видел! Он был так велик, что пока увидишь его край, бока уже потерялись из глаз. Трубил так, что чуть не убил нас, а мы ведь проплывали в дюжине миль от него.

О таком приключении Леаль еще не слышала.

— Ну, — сказала она, — представьте себе нечто, что затмит даже его. Жуки издают какой-то шум…

— Гудение, — сказал он. — Хватает, чтобы разломился череп.

— Но миро-осы, они говорили. Сказано, что их голоса могли валить деревья. Как и жуки-титаны, они были настолько большими, что несли внутри себя целые экологии — целые погодные системы. Им ничего не стоило вынырнуть из Вирги и плавать в самом космосе. Они почти не чувствовали холода и вакуума.

— Так значит, Виргу построили осы?

Она нахмурилась.

— Даже здравомыслящие и умудренные люди находят идею о том, что наш мир построило человечество, слишком… пугающей… чтобы в нее поверить. Но это правда.

— Откуда вы знаете, что это правда?

— О, только вы не начинайте! Есть записи. Я расскажу вам, если хотите.

К ее удивлению, он кивнул.

Она начала, наблюдая за его реакцией:

— Для этой части вселенной человеческие существа — не коренные обитатели. Мы прибыли из места, которое называется Земля — это такая планета. Слышали о ней? — (Он кивнул.) — А вообще о планетах слышали? — (Он снова кивнул — нетерпеливо.)

Она улыбнулась его усердному вниманию.

— Первые люди, прибывшие к звезде Вега, ожидали увидеть что-то вроде… райского изобилия свободных строительных материалов. Они увидели в большие телескопы, что звезда, вокруг которой мы кружим, молода. Она лишь недавно закончила формирование планет — сотен их — и теперь эти сотни состязаются за место под этим солнцем. Некоторые из них поглощаются самой Вегой; некоторые мигрируют к центру или окраинам системы. Некоторые выбрасывает, отправляя в вечное изгнание между звездами. А некоторые — некоторые сталкиваются.

Леаль уже не видела Гриффина; перейдя к картине тех древних времен, она лишь одну ее себе и представляла.

— Целые планеты, залежи сырья — океаны воды, туманности железа, да чего угодно — все это вращалось на орбите вокруг Веги и ожидало, пока им воспользуются. Люди-колонисты планировали использовать всю свободную энергию и материалы, чтобы терраформировать некоторые из миров Веги. По сути — чтобы озеленить их на миллиард лет раньше.

— Вы говорите, они планировали. Но оно так не вышло?

— Что ж. — Она покачала головой из стороны в сторону, признавая неопределенность. — Может, и вышло, только мы не знаем. Большинство ученых считают, что внутренняя часть системы оказалась слишком опасной. Новые планеты заваливало падающими обломками. Представьте, если бы Кандес был Вегой, и в один прекрасный день все айсберги, покрывающие внутреннюю поверхность оболочки Вирги, откололись бы и упали внутрь — дождь разрушений, что на солнечные страны, что на лишенные света.

Он кивнул.

— Как-то раз я протаранил пару пиратских кораблей айсбергами. Я улавливаю картину.

Не обращай внимания, просто не обращай внимания, сказала она себе. Если он собирается и дальше делать невероятные заявления, ей следует вспоминать, что история, которую она рассказывает, намного значительнее.

— Так что, — сказала она, — они решили строить там, где безопаснее: здесь, на относительно спокойной окраине системы.

— Это причина, — сказал он. — Но я инженер, меня не волнуют причины. Как?