Смутившись и глубоко встревожившись, Леаль спрыгнула со ступенек и протиснулась сквозь толпу. Ускользая за один из больших контрфорсов библиотеки, она так и чувствовала его взгляд на своем затылке. Она на секунду остановилась в промозглой тени величественного здания, чтобы перевести дух. Затем снова пошла, на этот раз задирая голову прямо вверх.

Только успела Леаль найти нужный ряд окон, расположенных высоко на боковой стене здания, когда заметила присевший на корточки силуэт, взгромоздившийся на край первой из крыш в пятнадцати футах над головой. Это что, горгулья? Нет — фигура сместилась вбок, ближе к лучу света с улицы. Она узнала серьги, мельком взглянула на витки стропа вокруг его талии, а потом поняла, что под тусклый свет он подставлял не что иное как книгу.

— Эй! Эй ты! — (Тот посмотрел вниз.) — Где ты это взял?

Рикша рассмеялся.

— Вы так спрашиваете, как будто уже знаете ответ. — Он небрежно перегнулся через край крыши. — Если вам интересно, я как раз доставлял пассажира на парад, вот здесь, когда эта увесистая порция знаний ка-ак даст мне по голове. Кто-то, — он наклонил голову и прищурился на нее, — выбросил ее из окна!

— Хм… — Она прикусила губу. — Ты случайно, ээ, не видел, чтобы мимо пролетала еще одна, заодно с этой?

Рикша молча вытащил под свет другую руку. В ней были зажаты «Рассуждения о древних формах».

— Прости! Я не знала, что ты там!

Он хмуро посмотрел на нее. В отчаянии Леаль сказала:

— Они закрывали библиотеку! Кто знает, что станется со всеми книгами. Я должна была хоть что-то спасти. Я…

Но он уже исчез в тени. Через секунду она увидела его черную фигуру, ловко спускающуюся по водосточной трубе. Он с глухим ударом приземлился в четырех футах от нее.

Затем повернулся и поклонился.

— Профессиональные риски, мэм, профессиональные риски. Эй — мы не знакомы?

Леаль покраснела.

— Думаю, ты, ээ, подвез меня пару недель назад.

— Ха! Никогда не забываю лиц. О, взгляньте-ка сюда. — Он покопался в кармане куртки. — Я как-то обзавелся визитными карточками. Полагаться на случайные встречи — это упущенный заработок, теперь-то я знаю. Видите? — Он протянул одну ей; Леаль пришлось встать на цыпочки, чтобы подставить ее под свет с улицы. «ДЖАКС МИЛЧЕР», гласила надпись. «РИКША И ГИД. РАСЦЕНКИ РАЗУМНЫЕ». Ниже значился адрес почтового ящика.

— Оставьте себе, — великодушно сказал Милчер. — А это, я так понимаю, ваши? — Он протянул книги.

— Ой, спасибо, — восторженно залепетала Леаль, принимая томики. — Мне так жаль, что я тебя стукнула, но у меня действительно не было другого выхода, если я хотела получить шанс хоть когда-нибудь прочитать…

Он поднял руку:

— Ни слова больше. Чтение — это важно. Ну, если вас не нужно подвезти, я лучше пойду. Если я достаточно заработаю на этой толпе, завтра смогу взять выходной! — Он приподнял перед ней свою воображаемую шляпу и зашагал прочь.

Леаль повертела книги в руках. Похоже, они остались в хорошем состоянии, что было — по ее мнению — чистой удачей. О чем она только думала, выбрасывая их подобным образом из окна? Если бы Уильям узнал, что она подвергла опасности его сокровища, он бы впал в ярость…

Обе книги уместились во внутренних карманах плаща. Даже прибрав их так с глаз, она не решилась возвращаться в свой кабинет. Толпа в основном последовала за премьер-министром на площадь, но на улице задержалась еще куча народа, и множество из них смотрелись в университетском кампусе совершенно неуместными. Маловероятно, чтобы сегодня получилось с толком преподавать либо заняться исследованиями, поэтому она решила пойти в другую сторону, углубившись в тень между библиотекой и Парусным Залом. Темнота здесь царила вечно, точно в кабинете Уильяма до сегодняшнего дня. Леаль пробиралась между высоченными грибами, под лишайниками, раскинувшимися подобно гигантской паутине. Она знала, что этот переулок в конце концов выводит на боковую городскую улочку.

Она наполовину одолела небольшой лабиринт, когда заслышала позади за собой что-то, походящее на шаги.

Слишком много сегодня в кампусе людей. Слишком много незнакомцев. Леаль поспешила дальше, ее дыхание участилось, и она почувствовала облегчение, когда вышла на хорошо освещенную улицу, где виднелись несколько прохожих.

«Тупица, тупица», — сказала она себе. Сегодня один нелепый промах следовал за другим. Она повернула направо и поспешила к ближайшей блошиной стоянке.

И все же, даже высадившись на знакомых улицах собственного квартала, Леаль не могла избавиться от ощущения, что за ней все еще следят. Раз или два, оглянувшись назад, она мельком примечала высокую фигуру, шагающую далеко позади. Один раз от чего-то на его голове отразился свет уличного фонаря — от очков авиатора, сообразила она через несколько секунд.