Навигационные огни Спички мигали — раз-другой-третий, но пилот не обращал на них внимания. По мере того, как Спичка медленно уходила вниз, далеко в темном воздухе за городом начали мерцать другие огни. Когда на мгновение вспыхнул пятый огонек, пилот резко дернул за рычаг, и такси-блоха взмыло в воздух.

— … Как я уже говорил, — протянул Мафин, когда все они оказались в невесомости, — мельница слухов работает вовсю.

Машину болтало из стороны в сторону, и пилот боролся с управлением. Городские огни вертелись вокруг них так, что кружило голову; Леаль, как и остальные, не обращала внимания на ощущение свободного падения и сосредоточилась на словах Мафина:

— Толки среди народа пошли с того самого момента, как нас начали беспокоить призраки. — (Пилот выправил блоху.) — Но чтобы объяснить исчезновения, пираты — слишком скучно и обыденно. В любом из маленьких городков имеется собственная история о чудовищах из темноты.

Когда блоха, падающая сквозь воздух с той же скоростью, с которой вращалась Рябина, сблизилась со Спичкой, мимо пронеслись клочья облаков.

— Ты хочешь сказать, что корабли пропадали в каждом из городов? — спросила Шона.

Брун замялся:

— Нет, не во всех. Было всего несколько случаев, но число… нарастает.

— Это беспокойство из-за референдума действует, — беспечно сказал Исли. Он разгладил ткань своего нового костюма и прочистил горло. — В такие времена приходится ожидать всплеска иррационализма.

— И что сейчас за времена? — Это обернулся пилот, оборачиваясь к своей переполненной кабине.

— Время, когда наука и образование подвергаются нападкам, сэр, — сказал Исли. — Когда правительство полагает, что оно может законодательно устанавливать, что реально, а что нет.

— А что взамен? — спросил пилот. — Позволить это делать горстке самозванных «экспертов»?

— Видите ли, это заблуждение… — начал говорить Исли, но пилот уже отвернулся и повел блоху по спирали, чтобы снова выцелить навигационный маяк.

В падении они выписывали идеальную касательную к круговому ободу Рябины. Разогнанная вращением Рябины, блоха врезáлась в черноту на скорости более ста миль в час. Время от времени Леаль ловила краем глаза дорожный канат слева, но их пилот ориентировался по маякам, а не по дороге. Так было быстрее, но требовало большей концентрации.

За долгие минуты полета разговор перетек в другое русло. В какой-то момент Шона повела пальцем и воскликнула:

— Эй! Это дерево Эрдоша?

Леаль взглянула вместе с остальными, мельком вдалеке увидав что-то похожее на клубок белых волос, быстро скрывшийся позади за ними.

— Безусловно оно, — сказал Брун. — Но я совершенно не уверен, за какую примету его посчитать.

— И никто не уверен тоже, — рассмеялась Шона.

Дерево Эрдоша было дубом в форме шара, его древние корни цеплялись за ком из камня и грязи менее десяти футов в поперечнике. Оно погибло много веков назад, попав в бессолнечные страны из какого-то более теплого края.

На его стволе были вырезаны слова: «Джулетта, пусть он будет моим подарком тебе, живым напоминанием о моей любви. — Эрдош». Кто был Эрдош, который вырезал эти слова, а затем, высвободив дерево из сплетений рощи, в которой оно росло, толкнул его в сторону дома Джулетты? Нашло ли оно ее в своем плавании? Или оно промахнулось, и послание для нее умирало вместе с деревом, пока то медленно падало прочь от родного солнца, сквозь небеса, из голубых блекнущие до сиреневых и индиго?

Никто не знал. Дерево Эрдоша просто появилось однажды — много лет назад — на окраине Абисса. Существовало романтическое движение за то, чтобы отправить его в путь, словно оно могло наконец встретиться с духом Джулетты где-то там, в темноте. Никто не мог определиться, что делать; тем временем к нему причаливали влюбленные и оставляли друг другу записки среди лишившихся листвы ветвей.

Такси все падало вперед, и через некоторое время, в течение которого Брун спорил с подругами Шоны о каких-то тонкостях этикета, Исли наклонился к Леали и сказал:

— Мне ужасно, ужасно жаль насчет назначения Хакнера.

Леали стало немного не по себе, но она ведь и рассчитывала, что разговор этот состоится.

— Вы не имеете к этому никакого отношения, Исли.

— Я оформлял документы! — Исли выглядел удрученно. — И когда пришло время вписать имя назначаемого в пустые графы, я знаешь, что сделал? — (Она покачала головой.) — Я вписал твое имя, просто чтобы видеть его черным по белому, а потом разорвал лист и сделал еще один для Хакнера.

— О, Исли, как… — Мило? Жутко? Леаль действительно не знала, как отнестись к этому признанию. — Вопрос в том, мне-то как теперь быть? — Леали несвойственно было надавливать подобным образом, но она осознавала, что это необходимо. Всегда делай следующий шаг.

— А! — просветлел Исли. — Ты не думала о том, чтобы подать заявку на грант от Княжеств?

— Это же гранты от иностранных правительств, правда? Мне пришлось бы покинуть Абисс…