В тот момент она могла бы быть дьяволом, шепчущим мне на ухо лживые обещания и я бы с радостью ел у нее с рук, лишь бы получить эти несколько мгновений принятия. Чтобы кто-то смотрел на меня так, будто я имею значение. Я почувствовал ее пальцы в своих волосах, сморгнул слезы и закрыл глаза. Это было не просто дружелюбие с ее стороны. Я был почти уверен, что друзья не продолжают вот так к тебе прикасаться.

— Мне придется хорошенько помыть их, — сказала она, перебирая мои пряди и слегка наклонившись ко мне. — У тебя красивые волосы. Они заслуживают того, чтобы их баловали.

Повисла пауза, пока прохладный речной воздух обдувал нас и медленно опускалась тьма. Всего пару ночей назад я впервые остался наедине с девушкой в своем чердаке и не чувствовал ничего подобного. Такого напряжения в теле.

— Как и ты, — шепотом добавила Пейдж, заставив что-то внутри меня шевельнуться.

Неужели она действительно так ко мне относится? Я вспомнил прошлую ночь и то, как она почти поцеловала меня и на мгновение пожалел, что не позволил ей этого.

— Ну так что?

Я озадаченно взглянул на нее и обнаружил, что ее лицо снова близко к моему, а аромат манит и искушает.

— Позволишь мне помыть тебе голову сегодня вечером? После того, как мои родители лягут спать? В моей ванной?

То, как она формулировала вопросы и ее прерывистое дыхание заставили меня снова отстраниться от нее, потому что это заставляло меня немного напрягаться. Ее пальцы покинули мои волосы и я сразу же почувствовал себя брошенным. Я хотел вернуть ее прикосновения.

Через несколько секунд я кивнул ей и мои губы беззвучно произнесли слово "Да".

Она выглядела удивленной, а затем счастливо улыбнулась мне.

— Супер. А теперь ешь. Нужно успеть вернуться обратно.

Что я вообще делал, пробираясь к ней в комнату ночью? Я не хотел идти, но Пейдж спустилась в подвал около девяти и прошептала, чтобы я шел за ней. И, как идиот, я так и сделал.

В коридоре было темно, ее родители спали. Меня посетила тревожная мысль, что теперь я живу под их крышей и, несмотря ни на что, технически являюсь их приемным ребенком. А сейчас я находился в спальне их дочери. Пейдж Гамильтон, избалованная принцесса Дримхейвена, которая вдруг захотела побаловать меня. В этом сценарии повсюду были тревожные звоночки.

Скотт мог проснуться и выбить из меня все дерьмо. Его жена кричала бы как резаная. Пейдж все еще могла играть со мной и, возможно, втянуть меня в неприятности с ее родителями, а потом посмеяться над этим. Снова причинить мне боль, как она любила делать.

— Закрой дверь, Оливер, — исступленно прошептала она и я вздрогнул, в тревоге захлопнув ее.

Мы оба поморщились, прежде чем замереть, прислушиваясь к любым звукам, доносящимся из коридора. Через минуту, когда мы поняли, что ее родители все еще спят, мы одновременно вздохнули с облегчением.

Пейдж тихо рассмеялась, прежде чем жестом пригласить меня пройти вглубь комнаты. Здесь было тепло и очень уютно. Все было выполнено в бледно-пурпурных и белых тонах и у нее горела только прикроватная лампа, которая отбрасывала мягкое свечение на комнату, но оставляла некоторые пятна в тени.

— Становится прохладно, да? — тихо сказала она, расхаживая по комнате и наводя порядок.

Я остался прижатым к двери, неуверенно наблюдая за ней.

— Надеюсь, у тебя есть теплая одежда и дополнительные одеяла, — продолжила она, задергивая кружевные занавески. — Если нет, просто попроси. Я с удовольствием одолжу тебе.

Она обернулась, поймала мой пристальный взгляд и мило улыбнулась.

— Пошли, сделаем то, что я обещала для тебя сделать, — пригласила она и вошла в ванную.

Неужели она действительно собиралась помыть мне голову? И я собирался ей это позволить? Это было глупо. Я даже не знал...

— Оливер, давай. У нас нет в запасе целой ночи.

Я глубоко вздохнул и заставил себя сдвинуться с места. Должен был признать, что находиться здесь с ней в ее комнате, пусть даже ради такой нелепой вещи, как мытье головы, было в сотню раз лучше, чем торчать в том подвале.

Боже, как же я скучал по своему чердаку. Возможно, эта версия Пейдж смогла бы помочь мне вернуться туда, поговорив с отцом и переубедив его. Я не мог оставаться внизу. Мне нужно было убраться оттуда. Она стояла возле душевой кабины в шортах и майке, держа в руках бутылку шампуня и выжидающе глядя на меня.

Я замер, мой взгляд метался от нее к душу и обратно, а сердце бешено колотилось. Я слегка покачал головой, когда понял, что ей нужно, чтобы я сделал для выполнения ее "задачи" на вечер. Пейдж лишь ухмыльнулась мне, выглядя по-настоящему милой и сексуальной.

Я снова глубоко вздохнул. Не думаю, что когда-либо в жизни называл девушку сексуальной. Я редко позволял себе подобные мысли и обычно работал до изнеможения, не оставляя себе места для тоски по тому, чего у меня не могло быть. Но теперь я мог получить это. И это делало игнорирование еще более сложным. Впервые в жизни я испытывал ни на что не похожее возбуждение, хотя часть меня все еще была немного напугана.