Хотя я не был опытен в сексе, я знал, что должен делать парень. Просто я никогда этого не делал в жизни. С кем бы я это сделал? С Саймоном?

Я внезапно зашипел, когда она обхватила кулаком мою длину и начала поглаживать меня. Мои собственные кулаки вцепились в простыни ее кровати, когда мои яйца сжались, а кровь разгорячилась еще больше. Это было потрясающе, и вид, и ощущения ее руки на моем члене полностью завладели моим вниманием.

— Красивый, — сказала мне Пейдж с проблеском озорства в глазах и я чуть не заскулил. Почти.

Мышцы моего живота напряглись, когда она подалась головой вперед и ее рот завис над головкой моего члена. Предвкушение и желание прокатились по мне и моя челюсть слегка отвисла, потому что дышать теперь было действительно трудно. А затем она сделала нечто еще более шокирующее для моих девственных глаз и мозга. Медленно она позволила струйке слюны вытечь изо рта на мой член и я ахнул, тяжело сглотнув от невыносимого ощущения. Я не мог заставить себя отвести взгляд.

Все, что она делала, держало меня на крючке. Как бы я хотел произнести ее имя. Оно крутилось у меня на кончике языка, но я прикусил его и заставил исчезнуть, стиснув челюсти. Это была пытка. А потом она перестала ею быть, потому что она начала медленно вылизывать меня от самого основания до головки и обратно вниз, не торопясь, пробуя меня на вкус. Больше. Я хотел больше. Пейдж открыла рот и всосала мою головку, мои глаза закатились от изысканного удовольствия, прорвавшегося сквозь меня.

Тогда она тихо застонала. Словно ей это нравилось и пробормотала что-то похожее на: "Ты вкусный". Но я не был уверен, потому что мои уши были заложены интенсивностью ударов пульса, кровь мчалась по венам, пока сердце изо всех сил пыталось угнаться за гормональной перегрузкой, которую внезапно испытывало мое тело. Ее рот... Боже, ее рот. Такой горячий. Мягкие губы и влажные стенки просто глотали и сосали снова и снова, пока она продолжала стонать, но не слишком громко, чтобы не разбудить родителей.

Тихий звук вырвался и из моих губ, очень удивив меня самого. Пейдж тоже немного удивилась, прежде чем ухмыльнулась мне и прошептала:

— Тебе нравится?

Я закрыл глаза и кивнул, не желая, чтобы она видела, насколько сильно мне это нравилось. Я жаждал этого. Как я так долго обходился без подобного, когда другие парни моего возраста сделали это регулярной частью своего существования?

— Оливер, придержи мне волосы, — попросила она шепотом, и, слегка нахмурившись, я погрузил пальцы в ее мягкие волосы и убрал их от ее лица.

Она улыбнулась и снова схватила мой член, прежде чем по-настоящему приняться за дело. Я чувствовал движения ее покачивающейся головы не только на своем члене, но и в своих руках, и этот ритм еще сильнее сжимал мои яйца. Я хотел взять их в руки и как-то облегчить напряжение, но Пейдж, казалось, уже знала об этом, потому что ее вторая рука начала медленно их массировать.

Нарастающие волны удовольствия заставляли меня сильно впиваться зубами в нижнюю губу по мере того, как она брала меня все глубже и глубже в рот. Инстинкт заставлял меня хотеть двинуть бедрами вверх, чтобы еще глубже вонзиться в этот сладкий, влажный рот, но я сдерживался.

— Ммм. Ты уже близко? — спросила она, посасывая и лаская мой член так, будто хотела на него молиться.

Я был близок и начал отпускать ее, чтобы найти свою футболку и кончить в нее, но Пейдж снова проглотила меня и всосала еще сильнее, заставив меня вздохнуть в последний раз, прежде чем сперма вырвалась из меня прямо в ее ожидающее горло. Мне хотелось кричать, настолько интенсивным был оргазм и чувство того, как она опустошает меня, подстегивая своими тихими стонами и руками на моих яйцах и животе.

Я оперся на локти, откинул голову назад и тяжело выдохнул, зажмурив глаза, пока она полностью вытягивала из меня кульминацию, наконец оставив меня лежать на ее кровати, с ногами, все еще стоящими на полу и разгоряченной кожей. Она слегка отодвинулась, а затем заправила меня обратно, когда я обмяк. Я продолжал лежать с закрытыми глазами, стараясь не задыхаться. Я не мог на нее смотреть. Я чувствовал себя таким уязвимым и потрясенным, приходя в себя после оргазма, который она мне подарила. Ни один из моих влажных снов никогда не ощущался подобным образом. Те несколько раз, когда я использовал кулак, чтобы разрядиться, никогда не приносили таких ощущений.

Так грязно и запретно из-за того, кем мы были друг для друга, но так хорошо. Когда она ничего мне не сказала, я снова принял сидячее положение и подобрал с пола футболку, потирая рукой лицо.

— Ты можешь остаться, если хочешь, — тихо сказала мне Пейдж, но я по-прежнему избегал ее взгляда.

Нет. Это было бы слишком странно. И рискованно. И интимно. Я чуть не усмехнулся тому, как это прозвучало после того, что мы только что сделали, после того, что я позволил ей сделать со мной. Мы даже не целовались, но она знала, как выглядит мой член и какова на вкус моя сперма. Это вызывало беспокойство.

Я резко встал и Пейдж тоже, прежде чем схватить одеяло и сунуть его мне в руки.