Я хочу быть с ним. С этим я уже определилась. Теперь мне нужно понять, как и когда мы сможем это осуществить. Наверное, разумнее всего подождать до конца августа, когда закончатся мои контракты с ним и Argonaut. А объявлять о наших отношениях, думаю, не стоит еще несколько месяцев после этого — по крайней мере, пока я не найду работу благодаря собственным заслугам.

Но ждать так долго кажется невыносимым. И все же, если это самый безопасный способ для нас быть вместе, возможно, придется поступить именно так. Хотя выдержать будет мучительно.

Поднимаясь по лестнице к комнате Дева, я надеюсь, что моей решимости хватит надолго. До гонки остается пара часов, и мне нужно сделать несколько фотографий того, как он готовится, потому что такие снимки всегда отлично заходят. Почему-то людям очень нравится смотреть на него в облегающем огнестойком белье…

Чава и Марк куда-то исчезли, пока я еще допивала латте, так что они уже должны быть наверху. По крайней мере, они смогут выступить в роли буфера между нами. Пока это неплохо работало, особенно после моего разговора с Марком. Он хочет, чтобы я была полностью уверена в своем решении, и готов помочь мне в этом, даже если пока для этого придется держать нас с Девом подальше друг от друга.

Но, войдя в комнату Дева и закрыв за собой дверь, я не обнаруживаю там ни одного из них. Мы с ним совершенно одни — а он наполовину раздет.

— Ой, — вырывается у меня, и я тут же внутренне морщусь от собственной реакции.

Впрочем, это не мешает мне глазеть на него в невероятно обтягивающих штанах, которые совершенно ничего не оставляют воображению.

— Прости, я могу…

— Хорошо, что ты пришла. — Он хватает огнестойкую футболку, висящую на стойке рядом с ним. — Хочешь сделать несколько фотографий? Похоже, людям нравится мой шлем на эти выходные.

Мне сейчас совершенно плевать на новый дизайн его шлема и на то, насколько он всем понравился, потому что я не могу оторвать глаз от перекатывающихся мышц на его спине.

— Ага.

Господи, мне нужно взять себя в руки. Я прочищаю горло, когда он наконец натягивает футболку.

— А где Чава и Марк?

Когда голова Дева появляется из ворота футболки, волосы у него торчат во все стороны.

— Марку понадобилось кое-что забрать, а Чаве нужно было позвонить. — Он приглаживает волосы назад. — Скоро должны вернуться.

Повернувшись ко мне, он окидывает меня взглядом и вопросительно приподнимает бровь.

— Уже закончила меня избегать?

Я и не пыталась особенно это скрывать, но оттого, что он прекрасно понимал, чем я занималась, внутри становится тепло.

— Понятия не имею, о чем ты, — беззаботно отвечаю я, специально позволяя ему увидеть мою улыбку.

Он смеется и тянется за гоночным комбинезоном.

— Я бы обиделся, если бы сам не сказал тебе взять время и во всем разобраться.

— Ну да, ты сам напросился.

— Могу сделать вид, что тебя здесь нет, если тебе так будет легче.

Я не сдерживаю смех.

— Не надо. Думаю, мы способны находиться в одном помещении.

По взгляду, который он на меня бросает, видно, что он в этом сомневается, но все же кивает в сторону стеллажа у противоположной стены.

— Тогда сделай еще несколько снимков моего шлема.

Я благодарна ему за то, что он не пытается заставить меня прямо сейчас рассказать, к какому решению я пришла. Вряд ли ему самому хотелось бы заводить настолько серьезный разговор непосредственно перед гонкой, но все равно становится легче.

Я подхожу к полке, где стоят его основной и запасной шлемы, но мое внимание привлекает небольшая пастельно-оранжевая коробочка рядом с ними. Я беру коробку «Стелла Марго» и с улыбкой поворачиваюсь к нему.

— Макаруны теперь твой новый перекус перед гонкой?

Стоя ко мне спиной, он натягивает гоночный комбинезон.

— Нет, это тебе.

Я растерянно моргаю.

— Мне?

— Ага. Я знаю, как ты их любишь.

Мысли лихорадочно проносятся в голове, пока я пытаюсь вспомнить, где находится ближайшая «Стелла Марго», и уж точно не где-то поблизости.

— Я почти уверена, что ближайшее место, откуда можно было достать эти макаруны, находится в Париже.

— Ага. — Все еще стоя ко мне спиной, он просовывает руки в рукава комбинезона. — Их доставили самолетом сегодня утром.

Он говорит об этом так буднично, словно для него это вообще ничего не стоило, хотя я прекрасно понимаю, сколько всего потребовалось, чтобы это организовать.

— А если бы ты сегодня меня не увидел? — спрашиваю я, чувствуя, как сжимается горло. — Если бы я все еще тебя избегала?

Он пожимает плечами, и я слышу, как застегивается молния комбинезона.

— Попросил бы Чаву отнести их тебе. Просто подумал, что тебе не помешает что-нибудь вкусное.

В груди болезненно сжимается — так бывает только рядом с ним, словно сердце не выдерживает всех чувств, которые я к нему испытываю. Я правильно сделала, что последние несколько дней держалась на расстоянии, потому что этот мужчина… этот мужчина делает меня безрассудной. Рядом с ним я забываю обо всем, что меня тревожит, забываю, что существует целый мир за пределами нас двоих.

— Дев.

Наконец он поворачивается ко мне.