Я не ответила, просто тихо наблюдала за ним, не в силах сдержать бушующие во мне эмоции. Все казалось слишком тяжелым. Тернер взглянул на меня, когда я не ответила. Его глаза расширились.

— Эм? Ты плачешь?

Я кивнула, чувствуя, что полностью все испортила. Я должна была быть сильной и счастливой, продолжать работать над целями и быть поддерживающей старшей сестрой. А вместо этого я полностью проваливалась. Тернер опустился рядом со мной на диван.

— Почему? Ты ранена?

Я видела, как он сканирует меня взглядом, ища признаки боли, и покачала головой.

— Нет. Это эмоциональное.

Он один раз кивнул и откинулся назад, явно облегченный моим заявлением.

— Хорошо. Это хорошо. Ты… ты хочешь поговорить об этом?

Я глубоко вздохнула и поджала под себя ноги. Я теребила выбившуюся нитку на нашем бежевом диване и гадала, с чего же мне начать.

— Ты доволен работой? В «Hunt Industries»?

Он кивнул.

— Да. Мне нравится. А что? На работе что-то случилось?

— Нет, — сказала я дрожащим голосом. — Я заметила, что ты обводишь квартиры в газете. Ты хочешь съехать?

Лицо Тернера расплылось в неожиданной улыбке, его взгляд метался между мной и книжными полками позади меня.

— Нет. Мне не нужно свое жилье. Я пытался намекнуть тебе, что ты могла бы съехать, если хочешь.

— Тернер! — я игриво ударила его по ноге, и его улыбка стала шире. — Это на тебя не похоже — быть таким скрытным!

— Знаю. Но я подумал, что ты можешь расстроиться, если я скажу прямо, поэтому я попытался заложить эту мысль в твою голову.

— Ты слишком много раз смотрел «Начало».

— Это невозможно, — немедленно ответил он. — Это шедевр.

Я улыбнулась и посмотрела на него, вытирая остатки слез.

— Почему ты думаешь, что я должна съехать?

Его взгляд полностью оторвался от меня и устремился на вид из патио, его рука играла с часами, как он всегда делал, когда нервничал.

— Тебе пришлось от многого отказаться, когда умерли мама и папа, ради меня. Но теперь тебе тоже нужно жить своей жизнью. Ты заботилась обо мне достаточно долго. Не то чтобы я хотел, чтобы ты переставала, но… мы не можем жить прошлым. Я в порядке.

Новые слезы готовы были задушить меня. Тернер так редко был готов делиться со мной своей внутренней, эмоциональной жизнью, что любые крупицы, которые он раскрывал, я хранила в своем сердце.

— Тернер, — сказала я, не в силах продолжать.

— У меня есть работа. У тебя есть работа. Я думаю, тебе было бы хорошо иметь свое собственное место. Нам обоим осталось достаточно денег от наследства, чтобы начать самостоятельную жизнь, к тому же мне нужно больше места для сервера, который я планирую собрать.

Я сглотнула, с трудом. Это было так типично для него — предлагать это так по-деловому, будто это не было чем-то важным. Будто мы не собирались расстаться впервые с момента его рождения.

— Я все равно хотела бы ужинать вместе несколько раз в неделю, — сразу сказала я. — И ты должен продолжать отвечать на все мои сообщения.

— Даже на те, которые не имеют смысла?

— Особенно на них, — кивнула я. — Да.

На его лице снова появилась маленькая улыбка.

— Хорошо. Договорились. И ты на меня не злишься?

— Злюсь? Тернер, ты лучший младший брат, который только может быть у девушки. Нет, конечно, я не злюсь.

— Хорошо, — легкий румянец выступил на его щеках, и он слегка подался вперед. Я знала, что он не любит эмоциональные разговоры, находит их утомительными, но я знала, что должна продолжать, пока у меня есть смелость.

— Но ты можешь разозлиться на меня. Я должна тебе кое-что сказать. Я не должна была скрывать это от тебя.

Его взгляд на мгновение встретился с моим.

— Говори.

— Я встречаюсь с Джулианом последние пару недель.

Тернер медленно кивнул.

— На работе, да.

— Романтически. И я не сказала тебе сначала, потому что не была уверена, что это между нами. Серьезно или нет.

— Хорошо… ладно. Ты читала справочник по кадровой политике, который нам выдали при устройстве? Потому что, хотя там нет упоминания о запрете на отношения, на странице восемнадцать говорится о неуместных отношениях. Но формулировка не совсем четкая.

Несмотря на себя, я почти улыбнулась.

— Читала. Там нет ничего, что прямо запрещало бы это.

— Хорошо, — он нахмурился. — Это твои первые отношения после Джеймса?

Я кивнула.

— Я рад.

— Правда? — казалось, с моих плеч свалился груз. Я понятия не имела, как он отреагирует, когда я наконец скажу ему, и мои сценарии варьировались от возмущения до разочарования. «Он же твой начальник, Эмили».

Тернер пожал плечами.

— Да. Джулиан Хант умен. Могло быть и хуже. Я видел некоторые его работы по кодингу, и другие инженеры, кажется, боготворят его, — он внезапно нахмурился, пораженный мыслью. — Ты ведь не боготворишь его? Он не идеален, Эмили. Никто не идеален.