Мама так и не ответила, потому что мы резко повернули головы в сторону шума, который раздался секунду назад. Он возник далеко, но учитывая, что мутанты очень быстро бегали, расстояние нас не спасло бы. Звук напоминал удар металла об асфальт. Мое воображение вырисовывало кошмары, которые могли породить этот звук, так же, как и фантазия Дэйтона. Он явно не знал, что делать.

– И последнее… – прошептала мама, не поворачиваясь. – Найдите что-то, чем мы будем отбиваться, когда они нас найдут.

* * *

На одном из уроков в школе нам рассказывали о стрессовых моментах и их влиянии на человека. В стремительно развивающихся ситуациях человек способен отключать эмоции и делать все механически, пользуясь лишь зрением, слухом, обонянием и осязанием. Адреналин помогает находить выход из ситуации.

Кажется, именно это сейчас происходило со всеми нами, потому что мы быстро перебегали от дома к дому в поисках закрытых дверей и заколоченных окон: без эмоций, без сомнений, без лишних действий, перекидываясь лишь необходимыми фразами.

Дэйтон на ходу подобрал какую-то железку, напоминающую трубу, а я нашла палку. Мама тоже схватила палку и наконец взяла фонарик.

Приходилось постоянно оборачиваться. Даже думать не хочу, что со мной случится, если я вдруг обернусь и засеку позади двигающиеся силуэты. Мерещилось, что мы бежим по огромному чужому городу, а вокруг со всех сторон к нам несутся бешеные мутанты.

Дэйтон свистнул нам и побежал к закрытому дому, окна которого были заколочены, а на втором некоторые оказались даже со стеклами.

Мы тихо поднялись по ступенькам. Дэйтон опять кашлянул в ворот свитера. Лишь бы только эти твари не услышали! Пусть они не услышат!

Попробовав ручку, которая оказалась закрытой изнутри, мама кивнула, чтобы мы следовали за ней. Она спустилась с крыльца и побежала в обход дома, а мы, как собачонки, держались рядом. Все окна сбоку были забиты досками, а задняя дверь тоже оказалась запертой.

Дэйтон уже отчаялся и собрался уходить, когда мама дернула его за локоть и прошептала:

– У тебя хватит сил выбить эту дверь?

– Что? Нас услышат! Пойдем дальше, – ответил он.

– Нет. У нас мало шансов! Мы можем выбить дверь и сразу завалить ее с другой стороны. Я почти уверена, что внутри нет тварей. Здесь давно все закрыто.

– Ты хоть представляешь, какой здесь поднимется шум? – прошипел Дэйтон.

– Так, значит, ты сможешь это сделать?

– Думаю, да.

– Выбивай! Сейчас же! Но ты должен сделать это с первого раза, иначе нам конец.

Дэйтон разбежался с заросшей лужайки и врезался плечом в дверь с такой силой и таким грохотом, что я закусила губу до крови. Будет чудом, если он не сломал себе плечо или мутанты уже не окружили нас.

Придя в себя, я поняла, что Дэйтон уже внутри, осматривает первую комнату. Мы с мамой быстро поднялись к нему и закрыли сломанную дверь. Как ни странно, никто за нами не гнался и не пытался сожрать. Хотя я уверена, этот грохот услышали даже в Сфере.

Дэйтон протащил что-то большое по полу и прислонил к двери. Теперь надо будет либо открыть ее изнутри, либо долго таранить с улицы. Выглядело надежно.

Скатившись по стене на пол, я пыталась надышаться всем воздухом в мире и поверить, что пока жива. Дэйтон стоял рядом и потирал плечо. Он точно стал моим героем на сегодня.

– Нечего рассиживаться, – прошептала мама. – Вставайте!

– Но мы ведь уже в доме, – ответила я.

– Нам нужно еще раз проверить все открытые комнаты на наличие мутантов и затем на дыры в стенах или щели в окнах. Когда проверите комнату, закрывайте дверь. Так мы услышим, если кто-то попробует открыть их снова где-то в доме.

Слова мамы звучали бредово, как по мне. Но никто ей, конечно, не возразил, и мы принялись за дело. Оперативно проверили все комнаты: мама караулила в коридоре, пока мы с Дэйтоном заходили в каждую с «оружием» наготове.

К нашему огромному счастью, мы никого не обнаружили на первом этаже. Стены были целы, и все окна заколочены досками. На втором этаже действовали по такой же схеме. И снова никого и ничего подозрительного не заметили.

Видимо, здесь побывали мародеры: мебели осталось очень мало. Непонятно только, зачем они закрыли за собой двери, но это было невероятной удачей для нас.

Мы устроились на первом этаже. В комнате, которую выбрали для ночлега, стояли потрепанный диван и откидное старое кресло.

Дэйтон сначала устроился в кресле, но мама выгнала его на диван, объяснив это тем, что ему нужно нормально поспать на горизонтальной поверхности. Сама она устроилась в кресле и вытянула ноги по полу. Палку из рук она так и не выпустила.

Я только сейчас поняла, насколько вымоталась. Дэйтону из-за болезни наверняка было в сто раз хуже. Он достал еще одну таблетку и проглотил ее, а я молилась, чтобы лекарства помогли ему.

– Спокойной ночи, дети! – тихо произнесла мама так, как каждый вечер говорила дома.

Эта фраза показалась самым тяжелым событием сегодняшнего дня, потому что дома у нас больше не было. Спокойных ночей тоже. И вообще теперь ничего у нас не было.

Мы с Дэйтоном взялись за руки, и я уснула.