— Я сказал, что уже поздно. Я провожу тебя в мою квартиру, чтобы ты могла поспать и что-нибудь съесть. — Он нахмурился еще больше. — Я не понимаю. Разве ты не устала?

Я скрестила руки на груди и тоже нахмурилась.

— Да, но разве у меня здесь нет своей квартиры? Я не могу вернуться туда?

Он стиснул челюсти.

— Раньше была, но больше нет. Твоя программа для новобранцев окончена, а это значит, что в твоей прежней квартире теперь живут другие новобранцы.

— Ох. — Я не подумала об этом. Но решила, что где-то на территории наверняка есть комнаты для гостей. Я уже собралась спросить, могу ли я отправиться туда, но Уайетт продолжил:

— Более того, как и в случае с поместьем, я должен обеспечить твою безопасность, поэтому ты будешь жить у меня. — Он пристально смотрел на меня, вероятно, ожидая, что я начну спорить, как спорила когда он впервые этого потребовал. Но как бы меня это ни раздражало, я также понимала, что спорить бесполезно.

Я не выиграю, как не выиграла, когда началась битва в поместье, что в итоге и привело меня в безопасную комнату.

В груди защемило от горечи. Он был до чёртиков доминантным, и чем больше я об этом думала, тем яснее понимала, что всё ещё чертовски зла на него. Если бы он не запер меня в той проклятой комнате, возможно, меня никогда бы не похитили, не мучили и едва не убили.

Я так ужасно злилась на него за это, даже несмотря на то что похищение в итоге привело меня к богине.

То, что я нашла Вераселли, было единственным хорошим результатом из всего случившегося. Ну, и то, что ещё я убила всех чернокнижников…

И всё же, что произойдёт, когда между нами снова вспыхнет ссора? Потому что я не сомневалась, что так и будет. И что тогда? Будет ли он альфой в любой ситуации? Будет ли он и дальше требовать, чтобы я ему подчинялась?

Выражение лица Уайетта становилось всё более настороженным, чем дольше я молча смотрела на него.

— Эйвери? — наконец нарушил он тишину.

Я сильнее сжала руки на груди.

— Значит, здесь всё как в поместье? Моё мнение ничего не значит?

— Это ради твоей безопасности.

Я закатила глаза к самому потолку.

— Конечно. Всё ради моей безопасности. Как же я могла забыть?

— Все из-за этого? — мягко спросил он.

Я не совсем поняла, о чём он спрашивает, но у меня не было настроения для долгих разговоров, поэтому не ответила. К тому же, как бы сильно меня это ни злило, он был прав. Я устала и проголодалась. Поэтому просто выдавила натянутую улыбку и указала на дверь.

— Ведите, майор. Я пойду за вами.

Он прищурился, но, не сказав больше ни слова, повернулся к двери.

Я последовала за ним по коридору. По пути из центра исцеления мы прошли мимо поста, за которым сидели ведьмы. Одна из них, симпатичная рыжеволосая, исподтишка наблюдала за Уайеттом. Когда наши взгляды встретились, в её глазах вспыхнула зависть, и внезапно я осознала, что она завидует тому, что я ухожу с Уайеттом.

У меня скрутило живот, и я взглянула на Уайетта.

Он шагал рядом со мной, его мощное присутствие доминировало в коридоре. Рубашка натянулась на широких плечах, очертания челюсти делал его смертельно сексуальным, и сама его физическая сила заставила бы любую женщину взглянуть на него дважды.

Потому что, чёрт возьми, он был красив. Очень красив. Даже я могла это признать, несмотря на то что была на него зла.

Когда мы приблизились к двери, я оглянулась через плечо.

Рыжеволосая тут же отвела взгляд.

Значит, она действительно наблюдала за ним.

Приступ ревности горячей волной прокатился по мне, что не имело абсолютно никакого смысла. Разве я не злилась на Уайетта? Я была не уверена, хочу ли быть с ним в долгосрочных отношениях. К тому же Уайетт верил, что я его пара, а значит, он будет мне верен. Так ведь?

Он так и сказал, но это не значило, что рыжеволосая раньше с ним не была. Встречались ли они? Или просто переспали? Встречался ли он с ней и со мной одновременно? Я всё ещё не до конца понимала, что именно вызвало такой разлад между нами. Может, эта его интрижка?

Непрошеный образ обжёг мой разум. Рыжеволосая и Уайетт, обнимающие друг друга, её голова запрокинута, глаза закрыты, а он делает с ней все те восхитительные вещи, которые делал со мной.

Яростная злоба промчалась сквозь меня, едва не заставив споткнуться.

Эйвери, какого чёрта!

Но я не могла перестать думать о них двоих вместе, так же как не могла сдержать столь бурную реакцию.

От этого мне стало только хуже, потому что это усилило тот факт, что Уайетт всё ещё был для меня чужим — раз я не помнила нашей истории — но также он был чужим, с которым меня связывала чёртова связь пары, так что моё тело буквально сходило по нему с ума.