Меня захлестнула волна такого сильного облегчения, что пришлось откинуться на спинку стула. Я уже представил себе самое худшее. Что она вернулась к эльфу и колдунам, что они прорвали её магию, возможно, избили её, изнасиловали или сделали что-то столь же ужасное, и что, возможно, она дала сдачи. Потому что исходящий от неё запах страха был так похож на запах других жертв, когда они заново переживали те ужасные события, что им довелось испытать, и когда они давали отпор.

— Продолжай, — тихо сказал Уэс.

Она продолжила, не поднимая взгляда:

— После того как вернулась к костру, я поняла, что они не перестанут охотиться за мной, если не покончу с этим. Я знала, что невинные люди умрут, возможно, сотни. Поэтому я подняла меч, оставленный павшим бойцом СВС, и… — Она взглянула на меня, ее глаза её блестели от слез. — Я поклялась убить их всех прямо там. Я собиралась сначала убить лорда эльфов, потому что он представлял наибольшую угрозу.

На моих губах мелькнула легкая улыбка. Умница.

— Затем я собиралась убить всех колдунов. Я знаю, что это неправильно — убивать кого-то, вот так хладнокровно. — В её запахе появилась нотка отвращения к самой себе. — Но я чувствовала, что это мой долг. Я приняла это решение не сгоряча. Я всё обдумала, но как раз когда собиралась убить лорда Годасара, он рассказал мне о своей связи с Вераселли. Он начинал прорываться сквозь мою хватку над временем. Он смог пошевелить губами достаточно, чтобы заговорить, и сказал, что если я убью его, то убью и её. — Она снова сплела пальцы. — И самое безумное, что я не думаю, что он лгал. Сначала решила, что он просто пытается выиграть время, но если бы это так, почему богиня всё ещё жива? Если её сила во мне, у него не было причин держать богиню при себе, если только он не говорил правду. Поэтому я не стала его убивать. — Её лицо внезапно побледнело. — Но это не значило, что я должна была оставить всех остальных в живых.

— Ты убила колдунов, — констатировал Уэс.

Она кивнула, сжав губы.

— Да. Я обезглавила их всех, одного за другим, и… — Эйвери подняла подбородок. — Как бы мне ни было от этого мерзко, я не жалею об этом. Я сделала бы это снова, чтобы защитить невинных людей от жестоких ритуалов Священного Круга. И знаю, что от этого я выгляжу как жестокая бессердечная стерва, но они собирались убить меня и всех вас и не собирались останавливать свои жертвоприношения. Они убили бы людей и фейри. Я поняла, что тот миг — мой единственный шанс остановить их, и я им воспользовалась. — Её щёки залились румянцем, глаза снова вспыхнули фиолетовым светом. — Как уже сказала, я не горжусь собой за это, даже если они были злом во плоти. Мне придётся жить с мыслью, что я забрала их жизни, но не жалею о своих поступках. Так что если вы считаете, что должны арестовать меня за убийство, тогда, полагаю, вам придётся это сделать.

У меня перехватило дыхание, а следом вырвался резкий смешок.

Взгляд Эйвери метнулся ко мне.

— Тебе кажется это забавным?

— Нет, вовсе нет. — Но я не мог сдержать огромного облегчения. — Я просто рад, что именно это тебя беспокоило. Ты правда думаешь, что мы арестуем тебя за убийство колдунов, которые тебя похитили, причинили тебе боль и собирались принести в жертву?

Она нахмурилась.

— Я хладнокровно их убила. Это была не самооборона, они не могли сопротивляться. Они всё ещё были заморожены. Я буквально… — Горло её судорожно сжалось, в глазах мелькнул стыд. — Я буквально казнила их.

— И СВС благодарит тебя за это, — сказал Уэс.

Она посмотрела на него в изумлении.

— Что?

Он наклонился вперёд, опираясь предплечьями на стол.

— Чернокнижники — это тёмные колдуны. Они практикуют чёрную магию, что незаконно. Одной из наших целей в этой операции было уничтожить их любыми необходимыми средствами. И любой чернокнижник, который дожил бы до суда, в конечном счёте всё равно умер бы от руки горгульи. Тебе не о чем беспокоиться. Ты не совершила ничего противозаконного.

Он удивленно открыла рот.

— Не совершила?

— Нет. Уэс прав. — Я покачал головой, всё ещё приходя в себя после скачков эмоций.

Планшет Уэса запищал. Он что-то прочитал, затем снова включился в разговор, задавая вопросы один за другим с пулемётной скоростью — значит, сообщение, которое он получил, требовало внимания.

— Вернёмся в центр исцеления. — Уэс поднялся со стула, закончив допрос. — Один из техников приёмного отсека поможет нам проверить происхождение женщины, тогда мы точно узнаем, богиня ли она.

Эйвери склонила голову набок.

— Вы не верите, что это Вераселли?

Уэс направился к двери.

— Это не имеет отношения к вере. Мы работаем с данными и фактами. Нам нужно подтвердить её происхождение, чтобы удостовериться.

Я с трудом сдержал рычание.

— Хорошо, но только если это будет быстро. Эйвери проголодалась и, без сомнения, устала. Ей нужен отдых.

В глазах Уэса сверкнул понимающий огонёк — вероятно, потому что он понимал мою потребность защитить пару. С женой у него было то же самое.

— Это будет быстро.

Эйвери бросила на меня выразительный взгляд.