Губы Эйвери сжались, но я не собирался уступать. Она была на последнем издыхании. Ей нужно было поесть и поспать.

— Приступим к работе? — спросил Уэс, сверяясь с часами.

Элиза выпрямилась, словно проглотила кол.

— Конечно, сэр. Простите, сэр. Чем я могу помочь?

Уэс указал на дверь комнаты неопознанной женщины.

— Я хочу, чтобы вы отсканировали женщину там. Нам нужно определить её вид.

— Конечно, сэр. Сию минуту. — Элиза приступила к действиям, её малиновые волосы свободными прядями рассыпались вокруг лица. Она подошла к кровати, но остановилась как вкопанная, когда оказалась рядом с женщиной. — Ого, — прошептала она.

Уэс склонил голову.

— Всё в порядке, рядовой?

Элиза смотрела на женщину с благоговением.

— Вы не чувствуете?

Эйвери поспешила вперёд, её губы изогнулись в улыбке.

— Ты тоже это чувствуешь? Её присутствие?

Элиза быстро закивала.

— Она… — Потом покачала головой. — Она великолепна.

Эйвери просияла.

— Да! Я тоже это чувствую!

И вот так, в один миг, я понял, что Эйвери и Элиза снова станут близкими подругами, наверное, так же быстро, как это случилось с Шарлоттой.

Меня охватило чувство удовлетворения. Было приятно видеть, как моя пара снова общается со старыми подругами и завязывает значимые женские связи, но в то же время…

От зависти перехватило дыхание.

Почему у нас не может быть так же легко?

— Рядовой Ривер? — рявкнул я. — Пожалуйста, отсканируйте её.

Немного воодушевления ушло из Элизы. Очень осторожно она взяла женщину за предплечье и перевернула руку ладонью вверх. Она прикоснулась к ней нерешительно, почти благоговейно, и я задумался — может, Эйвери всё же права? Потому что Бавар, тоже фейри, и странно себя вёл, когда впервые увидел Вераселли.

В этом был смысл, потому что Вераселли была богиней в царстве фейри. На Земле, в нашем мире, она богиней не была. Здесь существовал лишь один бог, и хотя у нашего создателя имелись божественные создания, он был единственным верховным правителем.

Однако в мире Элизы дело обстояло иначе. Десятки богов и богинь правили её вселенной. Возможно, на каком-то глубинном, врождённом уровне она узнала в этой женщине богиню из своего мира.

Мы с Уэсом с любопытством переглянулись, и у меня возникло чувство, что он пришёл к тому же выводу.

Элиза активировала свой прибор и поднесла его к внутренней стороне запястья женщины. Из него вырвался сноп лазеров, окутав смуглую кожу женщины. Появился символ.

Символ, который мы видели лишь однажды — символ божественного существа.

— Она богиня, — выдохнула Элиза.

Элиза просканировала женщину снова, по просьбе Уэса, и когда тот же символ появился вновь, мы точно поняли, что Эйвери оказалась права.

Вераселли, богиня времени, в настоящее время была пациенткой центра исцеления Сверхъестественных Вооруженных Сил.

Глава 14

Эйвери

К тому времени, как изумление всех по поводу того, что я оказалась права — что живая и дышащая богиня сейчас лежит на койке в центре исцеления — поутихло, Уэс приступил к действию.

Вокруг палаты установили круглосуточную охрану, полдюжины лучших бойцов СВС должны были нести дежурство постоянно. Теперь, когда СВС поверили мне насчёт неё, они не собирались рисковать, даже несмотря на то, что защитные чары по периметру базы были абсолютно надёжны.

Потому что теперь лорд Годасара охотился бы не только за мной. Он бы охотился и за Вераселли.

Час спустя все меры безопасности были активированы, и я наконец почувствовала, что могу спокойно покинуть богиню. Элиза осталась составить мне компанию, и, разумеется, Уайетт не отошел ни на шаг от меня.

Уже собираясь уходить, Элиза неожиданно заключила меня в объятия.

— Как чудесно снова тебя видеть. Нам нужно будет чаще встречаться.

Я обняла её в ответ, её волосы щекотали мне щёку.

— Я бы хотела этого. Мы втроём — я, ты и Шарлотта — должны как-нибудь собраться.

— Обязательно. — Она попрощалась, и я помахала ей вслед.

Мне было грустно отпускать её, потому что рядом с ней было хорошо — с кем-то, кто так же как и я, понимал, кто именно лежит на койке в центре исцеления. К тому же Элиза вызывала у меня приятные чувства, похожие на те, что пробуждала Шарлотта.

Я нахмурилась. Хотя я их не помнила, но было такое ощущение, будто какая-то часть меня их узнавала. Так же как какая-то часть меня узнавала что-то в Уайетте, хотя я не помнила нашей общей истории.

Когда комната наконец опустела, не считая охраны, часть адреналина, на котором я держалась, схлынула. Я прислонилась к стене. Меня охватила ужасная усталость. Я поднесла руку ко лбу. Проклятье. Я так вымоталась.

— Нам нужно отдохнуть. Уже поздно, — хрипло сказал Уайетт.

Я выпрямилась, его внезапное требование стёрло все те смутные тёплые чувства, которые пробудило присутствие Элизы.

— Что?

Он удивленно нахмурился.