— У меня точно есть на это время, даже если я голодна и устала. — Она сделала движение, чтобы встать, и когда я потянулся отодвинуть её стул, она отмахнулась от моей руки.

Я нахмурился и в двадцатый раз за сегодня задался вопросом, что же изменилось между нами.

* * *

К тому времени как мы вышли из конференц-зала и зашагали по коридору, был уже поздний вечер, что только ухудшило моё настроение. Моя пара была голодна, несмотря на её заверения, что может подождать. Её желудок урчал весь последний час. Она также нуждалась во сне. Под ее глазами появились темные круги.

Но, несмотря на моё желание позаботиться о ней, Эйвери держалась от меня на расстоянии. Я не знал, как это интерпретировать, но здравый смысл подсказывал мне, что она злится, и предупреждение Николаса снова и снова всплывало в памяти.

«Подавление».

Неужели я и правда так себя веду? И, возможно, именно по этой причине Эйвери сопротивляется? Но я просто хотел о ней позаботиться. Разве она не понимает этого?

Волк метался внутри меня, и во рту появился вкус пепла. Проклятье. Я снова всё портил, хотя и не знал наверняка, что сделал не так. Я просто знал, что ещё несколько дней назад Эйвери смотрела на меня с вожделением в глазах и, возможно, зарождающейся любовью, а сейчас глядит на меня так, будто…

Я сдержал желание ударить кулаком в стену.

Мне не нравился ее взгляд.

Уэс приподнял бровь в мою сторону, пока мы шагали по коридору. Я знал, что ничего не могу от него скрыть. Поскольку он тоже был оборотнем и мог чувствовать эмоции по запаху, то, без сомнения, учуял моё раздражение.

Потому что всё стало ещё хуже с тех пор, как Эйвери только очнулась в центре исцеления. Она не только не позволяла мне прикасаться к себе, но и держала физическую дистанцию. Она подвинулась так, чтобы Уэс был между нами.

Я провёл рукой по волосам, повернув за угол.

«Сосредоточься, — отругал я себя. — Моя пара многое пережила. Ей нужна еда, отдых и безопасное место, чтобы расслабиться. На этом должны быть сфокусированы мои приоритеты, а не на том, почему она на меня злится. Я смогу разобраться с этим позже».

Потому что когда моя пара отдохнёт, хорошо поест и перестанет быть такой раздражительной, тогда я усажу её и мы поговорим о том, почему она вдруг начала держать дистанцию между нами.

Уэс снова проверил свой планшет.

— Техник из приёмного отсека уже должен быть там, так что это не займёт много времени.

Я не удивился действиям Уэса. Хотя Эйвери была убеждена, что спящая женщина, которую мы привезли — это Вераселли, богиня времени, она вполне могла оказаться кем-то совершенно иным.

Знакомая малиновая голова мелькнула в коридоре, когда мы вышли на пост центра исцеления. Элиза Ривер терпеливо ждала у двери комнаты богини, в руках у неё был сканирующий прибор.

Конечно. Уэс, вероятно, намеренно вызвал Элизу, поскольку знал, что она дружила с Эйвери. Ещё одно напоминание о времени до парада планет, которое, возможно, подстегнёт память Эйвери.

Я украдкой взглянул на свою пару, надеясь увидеть на её лице признаки узнавания, но чем ближе мы подходили к комнате, тем меньше надежды у меня оставалось. В выражении лица Эйвери ничего не изменилось. Ничего.

С Элизой было все иначе. Когда мы дошли до неё, фейри чуть ли не подпрыгивала на месте. Я видел, что она старается сохранять профессионализм — особенно в присутствии Уэса, — но то и дело бросала на Эйвери счастливые взгляды.

Но по растерянной энергии, исходившей от моей пары, я понял, что Эйвери понятия не имела, почему фейри так себя вела.

— Рядовой Ривер. — Уэс склонил голову. — Спасибо, что пришли.

— Конечно, сэр. — Элиза снова взглянула на Эйвери, и её воодушевление немного угасло, когда Эйвери просто нахмурилась.

Я откашлялся.

— Эйвери, вы с Элизой вместе проходили программу для новобранцев. Вы были соседками по комнате и подругами все три месяца обучения.

Эйвери приоткрыла рот и покраснела.

— О, конечно. — Она выдавила натянутую улыбку. — Мне очень жаль, но я не помню…

— Всё в порядке, — выпалила Элиза. — Шарлотта рассказала мне, что твоя память не вернулась, так что я, конечно, не расстроена тем, что ты не помнишь нашу дружбу. Но я очень рада снова тебя видеть. Мы с Шарлоттой очень переживали за тебя.

Тревога, окружавшая Эйвери, немного ослабла.

— Шарлотта потрясающе себя вела рядом со мной. Ты видела её в последнее время?

Элиза немного нахмурилась.

— Да, видела.

— С ней всё в порядке? Я не видела её с тех пор, как на поместье напали.

— Она говорит, что всё хорошо, но кажется немного расстроенной из-за всего, что случилось, хотя и пытается это скрыть. Она участвовала в двух стычках на этой неделе, в которых кто-то погиб. Это, без сомнения, тяжкое бремя для души.

Лицо Эйвери вытянулось.

— Боги, конечно, мне нужно навестить её…

— И завтра ты это сделаешь, — перебил я.