— Похоже, это место принадлежало кому-то, кто тебе очень дорог?

Поднимаю взгляд.

Пирок неторопливо входит в комнату, хмурясь. Он осматривается, машинально двумя пальцами освобождая одну из растущих перьевых трубочек на макушке Гриффина. Та раскрывается пушистым облачком красивых голубых перьев.

— О да, — бурчу я, дёргая ящики стола.

Все заперты.

— Серим просто бесценное сокровище.

Я просовываю руку под стол и переворачиваю его.

Он с грохотом падает на пол, вздымая пыль и разбивая тишину.

Но мне этого мало.

Я с силой опускаю сапог на хрупкое днище стола и проламываю дерево.

Присев, вырываю щепки, открывая тайник с уже развёрнутыми бумажными жаворонками.

Я быстро перебираю их, выискивая тот, что подписан резким, дёрганым почерком одного конкретного мужчины.

Мужчины, с которым я намерена встретиться лицом к лицу.

Прямо перед тем, как превратить его кишки в красивый гарнир для Лири.

Пока они ещё будут дымиться.

— Жуткое местечко, — морщится Пирок, разглядывая рамку с огромным пурпурнокрылым клещом, пришпиленным к подложке. — Даже жаль, что я трезвый.

— Каждый раз, выходя отсюда, мне хотелось кого-нибудь зарезать.

Заметив нужную подпись, я хватаю квадратик светло-коричневого пергамента и складываю его по уже намеченным сгибам.

Он тут же оживает, пытаясь вырваться из моих пальцев.

Я переворачиваю жаворонка и рассматриваю хвост.

Возвратный сгиб не зажат.

— Этот дей ничем не будет отличаться, — говорю я, наслаждаясь одной лишь мыслью о крови Феникса на своих руках.

Какого...

Я снова разворачиваю жаворонка и убираю его в карман, но замираю, заметив на самом дне ящика ещё одну записку.

Подписана тем же человеком.

На этот раз уже раскрытую.

Я поднимаю её.

СЕРИМ.

ЕСЛИ ОНА ХОЧЕТ СПАСТИ КЛАДКУ РАНЕНЫХ РЕККОВ — ПУСТЬ. ПОЛИТИЧЕСКОГО ВЕСА ЭТО НЕ ИМЕЕТ И МОИМ ПЛАНАМ НЕ МЕШАЕТ. ВЫДЕЛИ ЕЙ ВСЕ НЕОБХОДИМЫЕ РЕСУРСЫ.

МНЕ СТАЛО ИЗВЕСТНО, ЧТО ТЫ ИСПОЛЬЗУЕШЬ...

— Рейв.

Я вскидываю голову.

В дверях стоит Каан.

Рядом с ним Ахви, крепко держащий его за руку.

Сразу замечаю его губы.

Синие.

Слышу тяжёлое, хриплое дыхание, будто каждый вдох даётся ему ценой невероятных усилий.

— Нам нужно уходить, — продолжает Каан. — Внизу что-то рассыпалось. Его лёгкие не справляются.

Я вскакиваю ещё до того, как он заканчивает фразу.

Локтем выбиваю окно, выходящее на подвешенные тела.

Пурпурное стекло разлетается во все стороны.

—Sheil athin, Clode. Soich

Клод врывается внутрь, наполняя комнату свежим ветром.

Я убираю жаворонка в карман, бросаюсь вперёд, снимаю сумку с плеча Каана и начинаю рыться в её гремящем содержимом.

Достаю Книгу пустоты, завёрнутую в два слоя покрывал.

Меры предосторожности.

Учитывая её привычку пожирать людей.

Я разматываю второй слой ткани, опускаюсь перед Ахви на колено и завязываю покрывало на нижней половине его лица.

— Разве твой щит не был поднят?

— Наверное… его нужно немного… подправить. Я никогда не проверял его против… порошков.

Его лицо краснеет.

Взгляд почти упирается в пол.

— Упс.

Создатели...

— Обрушенная шахта, — тихо говорю я, поднимая взгляд на Каана и крепко затягивая узел на затылке Ахви, — находится больше чем в одном цикле Авроры пути отсюда. А если пойдём длинной дорогой, обходя места, где, скорее всего, полно жителей города, получится все два.

Два цикла Авроры...

Через пыльные шахты.

С тяжёлым грязным воздухом.

Который отлично забивает лёгкие.

Я надеюсь, Каан понимает смысл моего взгляда.

Те слова, которые я безмолвно кричу.

Мы должны действовать вместе. Мы обязаны убедить Ахви отказаться от этой проклятой затеи.

— Я... справлюсь, — хрипит Ахви сквозь ткань. — Но Гриффин... не может пойти. Там слишком много... хищников. И он... шумный.

Я обхватываю ладонями его лицо.

Смотрю прямо в серебристые глаза с такой отчаянной решимостью, что едва узнаю себя в отражении его расширенных зрачков.

— Тебе не обязательно это делать.

— Я даже не хочу, чтобы ты это делал.

Я просто хочу, чтобы с тобой всё было хорошо.

— Пожалуйста, Ахв...

Он качает головой.

— Ты... не сможешь... меня переубедить. Песня... внутри меня... говорит, что это... правильно. И что всё... будет хорошо.

Кровь стынет в моих жилах.

Я встречаю растерянный взгляд Каана, скрытый под тяжёлой складкой нахмуренных бровей.

— Что ты имеешь в виду, Ахви? Какая песня?

— Когда-нибудь... всё станет... понятно.

Обещаю.

Я долго всматриваюсь в его глаза.

Жду продолжения.

Но он больше ничего не говорит.

Тяжело вздохнув, я поднимаюсь на ноги и запускаю пальцы в волосы, не сводя взгляда с Каана.

— Мне это совсем не нравится.

Совсем .