Разноцветный бумажный жаворонок бесцельно порхает в сумраке.

У меня перехватывает дыхание.

Я знаю этого жаворонка…

— Держитесь прямо за мной.

Я быстро иду вперёд под висящими телами, намеренно не поднимая головы, чтобы не дать своей ярости вырваться наружу. Когда вдали показывается «Кудрявое Перо», я замедляюсь, снимаю кольцо и убираю его в карман, одновременно вытаскивая кинжал.

Мы пришли на один цикл Авроры раньше условленного времени доставки, но…

— Там никого нет, — говорит Ахви. Его голос приглушён капюшоном.

Вместе с облегчением внутри меня рождается тяжёлое чувство падения.

Я останавливаюсь.

— А…

— Уно там нет, — мягко отвечает он. — И Руз тоже.

Я проглатываю эти слова так, словно это осколки стекла.

Затем прохожу через разноцветное конфетти из разбитой витрины Руз, внимательно осматривая разграбленный магазин.

Создатели…

Переступив порог холодного, затхлого помещения, я пробираюсь мимо почти пустых полок и клочьев ярких бумажных жаворонков, разбросанных по полу.

Любимые питомцы Руз.

Теперь они разорваны на куски, как и остатки её любимой лавки.

И это ранит меня куда сильнее, чем пустые полки.

Добравшись до задней комнаты, я срываю маскировочное полотно.

Кулак непроизвольно сжимается.

Оружейная разграблена лишь частично.

Всё произошло слишком быстро.

Даже Ат не успели этого предвидеть.

Я знаю, что Серим выжила. Иначе эта змеиная тварь не перерезала бы мне позвоночник, когда мы сходили с повозки Ноив.

Но что стало с Руз и Уно?

И с остальными членами Ат, которые не проявляли ко мне ничего, кроме доброты?

Большинство из них жили здесь.

Процветали здесь.

Ещё задолго до того, как Расцвет лишился всей своей радости.

Они помнили времена до появления Серим — во всём её пурпурном великолепии, когда она говорила о восстании и переменах.

О том, чтобы восстать из пепла разрушенного мира.

Что стало с ними?

Пирок тихо присвистывает, заходя в оружейную.

— Ну, не буду отказываться.

Он косится на меня.

— Кажется, у меня тут кое-чего не хватает.

— Я брала только твои фляги. Всё остальное ты потерял сам.

Я убираю клинок в ножны и начинаю рыться под прилавком Руз в поисках её бухгалтерской книги.

Сердце болезненно сжимается при виде маленького мехового гнезда Уно, спрятанного под разграбленным сейфом.

Не найдя ни книги, ни запаха крови, ни каких-либо следов борьбы, я решаю поверить в ту версию событий, которая нравится мне больше всего.

В ту, где Руз успела схватить Уно и книгу учёта…

…и сбежать.

Мне необходимо в это верить.

Ахви соскальзывает со спины Каана, слегка покачнувшись при приземлении. Он откидывает капюшон и широко раскрытыми глазами осматривается.

— Здесь столько классных вещей.

Я хмурюсь, оглядывая магазин, который выглядит так, словно одна из взрывных рун Роана сработала прямо посреди комнаты, оставив после себя живописный ботанический хаос и лишь несколько уцелевших банок.

Кого-то очень легко впечатлить.

— Мне нужно подняться наверх и кое-что проверить.

Я смотрю на Каана, разминая сводящую бедро судорогой мышцу — очередной прощальный «пошла ты, Рейв» от Серим.

— Ты можешь…

— Я присмотрю за ним, Лунный свет.

Я ставлю сумку на прилавок, чтобы Ахви мог наполнить её, и направляюсь к жуткой фиолетовой двери.

С силой распахиваю её ударом ноги, взлетаю по лестнице и врываюсь в логово змеюки Серим.

Вокруг разбросан весь её фиолетовый хлам.

Здесь тоже всё разграблено.

В отличие от того дня, когда я была здесь в прошлый дей, комнату больше не заливает тёплый свет.

Через разбитое северное окно медленно вползает тонкий слой тумана, укрывая пол полупрозрачной дымкой.

Шелест бумажных крыльев заставляет меня поднять взгляд.

На пурпурном письменном столе Серим, ровно посередине, стоит маленькая серебряная клетка.

Внутри — один-единственный бумажный жаворонок, отчаянно пытающийся протиснуться между слишком тесными прутьями.

Инстинкты вспыхивают, словно тысячи иголок одновременно впиваются в кожу.

Я подхожу ближе.

Совсем не удивляюсь, когда жаворонок начинает следить за каждым моим движением, пока я обхожу стол.

Со вздохом отщёлкиваю замок, распахиваю дверцу клетки и ловлю жаворонка, который тут же устремляется ко мне.

Развернув его, я пробегаю взглядом по почерку Серим:

Р.

Планы изменились.

Мы с тобой свяжемся.

Я смеюсь, роняю записку и тыльной стороной ладони смахиваю клетку со стола.

Она с грохотом катится по полу, пока во мне вскипает ярость.

Сообщение получено.

Громко и предельно ясно.

Феникс вновь увидел видение.

Видение, где я загоняю клинок в глотки ему и Серим.

Я полосую кинжалом вспученную пурпурную обивку её обожаемого кресла.