— Я знаю, что у тебя паршивое настроение с тех пор, как мы покинули нерестилища, но это не значит, что ты должна портить егомне .

Он прав. Но после двух циклов тяжелого пути я начала понимать, что все не так уж мрачно, как мне казалось.

Даже если Каан обнаружит жилище Аркина, вряд ли он полетит на Райгане в Тень, чтобы выследить его. Для такого крупного Саберсайта там слишком холодно. Ему пришлось бы нанять Молтенмау, а учитывая приближение лунного падения, сомневаюсь, что сейчас найдется хоть один свободный.

У меня есть время укротить его желание отомстить за меня. Убедить его сосредоточиться на более важных вещах.

А ихнемало .

Я вижу нескончаемый поток жаворонков, который он получает. Видела напряженную тревогу на его лице, когда он оставлял Роана в Белуне вместе с толстой пачкой инструкций от Ахви о том, как скопировать руны на арках Ботайма. Слышала, как у него сорвался голос, когда Ноив заговорила о его сестре ранее.

Мое прошлое — это воронка, которая затянет Каана, если я не найду способ помешать ему приближаться к ней. Так что, полагаю, я просто... сделаю это.

Найду способ.

Вдали раздается звон колокольчика, на который Ноева мгновенно отвечает трезвоном собственного — достаточно громким, чтобы пробиться сквозь туман.

Я открываю рот, чтобы спросить, в чем дело.

— Знак, что путь занят, — бормочет Пирок, завязывая мешок куском бечевки. Он заталкивает его в сторону и снова стонет, заваливаясь на пухлую кучу. — В следующий раз тебе должно быть все равно. Было бы здорово.

— Пробовала. Ничем хорошим это не кончается, — бормочу я, поскольку тропа позади нас начинает расширяться. Совсем чуть-чуть, но это верный знак, что мы выходим на другую сторону.

Я шепчу очередную мягкую просьбу к Клод оставаться спокойной, осыпая ее комплиментами по поводу того, как прекрасно она сдерживает порывы ветра, и недоумеваю, почему она не отвечает сразу. Она редко отвлекается настолько, чтобы заставлять меня ждть.

— Впереди телеги, — кричит Ноив назад.

Черт .

Я быстро развязываю задний полог, чтобы он упал и скрыл нас. На всякий случай натягиваю толстый плед повыше на Ахви — он все еще спит, отходя от страшной усталости после долгого путешествия, и тяжело хрипит при каждом вдохе.

Тревога скребется под ребрами.

Каан мог пронести его через Лес Хартор и сделать все от него зависящее, чтобы полет прошел легче, но путешествие на драконе — испытание для любого тела, будь то большое или маленькое, не говоря уже о тех, кому трудно дышать.

Я откидываю его волосы со лба, чтобы лучше разглядеть бледноту. К счастью, его губы и щеки порозовели по сравнению с тем моментом, когда он только привалился к мешкам.

Приоткрыв полог в сторону, я заглядываю в узкую щель, пока мы объезжаем телегу, которая начинает выезжать на тропу. За ней примостилась еще одна... и еще... все они с трудом продвигаются вперед, увлекаемые беспокойными, припорошенными снегом колками, выдыхающими клубы паром из раздувающихся ноздрей.

С моей точки зрения открывается отличный вид на их грузовые отсеки и то, что они везут. В основном это люди, набитые внутрь, как и мы, зажатые между распахнутыми дорожными сундуками, чье личное имущество валяется по всей телеге. Путешественники изо всех сил стараются навести порядок в вещах: кто-то плачет, а кто-то с каменными лицами бросает взгляды назад, в том направлении, откуда мы приехали.

Беспокойство уже впивается в меня когтями к тому моменту, дрожащими руками женщина-фейри затягивает шнуровку на блузке, когда мы объезжаем последнюю телегу в очереди. Она натягивает фальшивую улыбку на лицо, а затем поворачивается, чтобы заключить в объятия плачущего малыша. Утешает его мягкими словами и нежными жестами, несмотря на сгущающуюся тьму в собственных глазах.

Мой следующий вдох обжигает легкие, словно ледяной укус.

Ахви сдавленно ахает, его глаза распахиваются. Встретившись со мной взглядом, они бьют словно пощечина.

В тот краткий миг, пока мы смотрим друг на друга, на нем нет никаких защитных барьеров, и я знаю, что он слышит то, чего слышать не должен. Впитывает чужие травмы, которые ему не принадлежат.

— Я здесь, — шевелю я губами, откидывая его волосы со лба. — Все в порядке.

Ложь, конечно же. Мы оба это знаем. Но он ведется на нее, расслабляясь на мешке.

Он крепко зажмуривается, а затем шепчет:

— Впереди баррикада солдат Тени. Они забирают весь кровавый камень у тех, кто хочет переждать лунные падения вдали от столицы. Не думаю, что они позволят нам легко проехать через ворота. Особенно если увидят меня или найдут книгу в твоей сумке. — Он бросает взгляд на Пирока. — Или...

— Понял, — говорит Пирок, встречая мой широко раскрытый взгляд.

Мы одновременно выругиваемся.

—Вперед, Клод , — шепчу я, ослабляя свою хватку над ней.