Сказала прежде, чем успела обдумать. Адриан подался вперед, желая что-то сказать, но резко замер и сощурился сильнее.

В карете воцарилась мертвая тишина, стал слышен каждый камешек, о который бились колеса на дороге.

— У меня нет чувств, – напомнил он, что я сказала полную глупость.

Конечно же, он меня не ревнует. Мне даже стало стыдно от этих слов. Захотелось напомнить, что злиться у Адриана прекрасно получалось. Вот только не стала говорить, дабы он не подумал, что я убеждаю его в ревности.

Достаточно уже того, что полезла к нему целоваться ночью.

— Я хочу, чтобы ты выполняла договор, – сказал Адриан уже более спокойным и уважительным тоном. – На данный момент ты играешь роль моей любовницы, не забывай об этом.

Адриан выделил слово «моей», что сильно меня разозлило.

— Я и сама хочу выполнить договор, Адриан, и я прекрасно знаю, чья я любовница!

Застыла, ожидая продолжения конфликта, но герцог только кивнул. Я вся кипела от негодования, а он словно успокоился. Адриан откинулся на спинку сиденья, уставившись в окно.

Всю дорогу я злилась. Ведь так и не получила никаких объяснений. Герцог то злился, то сетовал на боли в голове, то обвинял, то спокойно рассматривал темноту за окном.

Я не знала, как толковать такое поведение. Он хотел, чтобы был исполнен договор, но сам не дал мне его выполнить. Когда карета остановилась, Адриан как ни в чем не бывало вышел и подал мне руку, но я не стала протягивать ему ладонь.

Не дождется, сама могу выйти. Сделала шаг вперед, но неожиданно зацепилась платьем и чуть не рухнула. Слишком длинный и пышный подол, я давно отвыкла ходить в таких.

Адриан меня поймал, стало ужасно стыдно за то, что не приняла его руку, а теперь оказалась в его объятиях. От крепких рук на талии я почувствовала жар.

— Нужно быть аккуратнее, – недовольно сказал он. Было понятно, что вынужденная близость его разозлила.

— Это все юбка, – буркнула я, стараясь отстраниться от Адриана. Не хватало, чтобы он еще подумал, якобы я специально к нему в руки свалилась.

Но неожиданно для себя я чуть снова не прыгнула в его объятья. Что-то черное зашевелилось и в пару прыжков оказалось рядом.

Благо я не закричала, а то выставила бы себя полной идиоткой. Большой черный пушистый кот с ярко-желтыми глазами смотрел на меня.

— Адриан, у тебя есть кот?

Этот гость был полной неожиданностью, даже злость куда-то пропала. Я посмотрела на Адриана. Герцог нахмурился.

Он сделал пару шагов к животному, но оно резко исчезло! Просто исчезло, слившись с темнотой!

Я не поверила своим глазам и тут же посмотрела на реакцию Адриана, он показался расстроенным. Хотя разве может быть расстроен тот, у кого нет чувств?

— Мне не показалось? – спросила я.

— Нет, – сухо ответил он и, опершись на трость, медленно зашагал в сторону дома, не проронив больше ни слова.

Странный выдался вечер. Он оставил после себя кучу вопросов. А герцог, к сожалению, совершенно не желал давать мне на них ответы.

Поспеть за Адрианом не составило для меня труда, но даже когда нагнала его, говорить или отвечать он не собирался. Мы зашли в дом вместе, но в полном молчании.

Однако ситуацию быстро исправила Пэгги, которая уже стояла в холле. И я по виду поняла, что она снова обеспокоена.

— Элеонора, что-то случилось? Почему вы так рано?

Нянюшка кинула взгляд на меня и Адриана. Герцог всем видом показал, что отвечать придется мне. Сам же Кейм в это время взял стопку с письмами и начал перебирать их в руках.

— У герцога заболела голова, — ответила я так, как сказал сам Адриан. Пэгги тут же прищурилась.

— Эти приемы дурно влияют на вас, раз вы приезжаете оттуда с головной болью по очереди.

Я услышала, как Адриан хмыкнул позади меня.

— Эти приемы кого угодно доведут до головных болей, — неожиданно сказал он. Я повернула голову и заметила, как он морщится, рассматривая приглашения. И отметила, что ему прислали аж несколько штук.

С одной стороны, весной начинался бальный сезон, и то, что Адриан получил столько приглашений, не удивительно. Но с другой стороны, учитывая репутацию герцога, такое количество стало неожиданностью не только для меня, но и для самого Адриана. Это ведь хороший знак, верно?

Казалось, Адриан должен радоваться, ведь именно этого он и хотел, но лицо его выражало крайнее недовольство.

Он проходился глазами по адресату и, не распаковывая, откидывал письмо на столик. Так он поступал с каждым приглашением, словно держит в руках не что иное, как мусор.

— Элеонора, пока мы все в сборе, я хотела сказать, что смогла договориться и сняла домик, — вмиг захватила мое внимание Пэгги. Я повернулась к ней удивленная. Мы ведь обсуждали это.