Она знала такое агрегатное состояние мужика: сначала он вопросы задаёт, потом косится подозрительно, потом заходит в комнату с лицом шпиона и старается незаметно проверить, не прячется ли кто под кроватью — барабашка, вестимо. Помнится, когда измотанная болезнью и маленьким ребёнком Ирейн начала отказывать законному супружнику в постельных удовольствиях, у того как раз такие приступы начали случаться, изредка перемежаясь освежающими скандалами. А началось все вот так же — со взглядов... Только Вурда при желании обезвредить было не особенно сложно: Ирейн, как и многие северянки, физически сильна, по природе — мстительна да изобретательна. К тому же, она была прямым источником выпивки и большей части семейных доходов. И потому супруг, некогда вознамерившийся оттаскать изменницу за косу и кулаком поучить уму-разуму, был нещадно покусан, лишён возможности бесплатно выпивать в трактире, а после ещё и напуган старыми друзьями отца, которые ради такого дела даже денег не попросили. 

Это всё хорошо, но вот чем она в случае чего будет пугать целого дракона, да ещё и князя? Ну не сковородкой же, право слово! Один раз, конечно, получилось, но там сказалось сочетание эффекта неожиданности и действие того жуткого коктейля, которым дракона попотчевали добрые фейри. Да и кто ей позволит сковороду взять — в княжеский-то дворец?

Пока трактирщица (княгиней она себя не чувствовала точно, несмотря на нарядный шмот) предавалась таким вот невесёлым мыслям, они уже подошли к столу, за которым условно пушистая троица попивала эль в компании Казначея. Морда у Ара была хитрющая, а у сидящего напротив него оборотня — хмурая, из чего Ирейн заключила, что переговоры уже начались. Где-то в глубине души она мстительно порадовалась, что бесит Казначей не её одну, это просто, видать, талант у него такой. Врожденный. 

При их приближении диалог временно прервался, а волки, как по команде, поднялись и склонили головы, приветствуя. Самый старший из них, чей оценивающий взгляд чувствовала Ирейн на себе несколько дней назад, чуть прищурился — тоже её узнал. 

— Господа, — Ар тоже привстал. — Князь Тир Бирюзовый и его признанная пара, госпожа Ирейн. 

Им поклонились ещё раз, причём на этот раз — всем корпусом. 

— Мой Князь, моя госпожа, позвольте вам представить посла Клана Волков, господина Воргу, со спутниками, — распинался Серый таким равнодушно-скучающим голосом, будто его попросили зачитать в сто сороковой раз стишок о любви к родине. Ирейн отметила, что двух остальных волков им не представили, и не знала, как теперь с этим быть. Спросить их имена? Или они тут роль фоновой ветоши играют? 

Кажется, она слегка подзависла, потому что все присутствующие выжидательно уставились на неё. Ирейн тут же запаниковала. Отчего-то вспомнились визиты дальней родни, когда все семейство в подпитии вызывало её вниз, в этот самый зал трактира, и просило спеть песенку. И вот теперь, под взглядами нелюдей, она поймала себя на том, что судорожно вспоминает репертуар. 

Тир, надо отдать ему должное, быстро понял причины затруднения и приглашающе отодвинул стул. Чувствуя себя не то дурой, не то актрисой какого-то странного театра, Ирейн все же изволила присесть. После этого на стул опустился Тир, за ним, двигаясь плавно и синхронно — волк с Казначеем. Бессловесные сопровождающие посла так и остались стоять.

Как танец, право слово. Ирейн малость замутило, потому что, если они даже рассаживаться обязаны в каком-то особом порядке, то как ей рот открывать, не вызвав международного скандала? Ох, вот бы всех дерзких девиц, мечтающих стать принцессами, да на её место сейчас — уж она бы посмотрела, как с них сползла бы вся спесь!

Между тем, мальчики сызнова заговорили, и Ирейн с грустью поймала себя на том, что понимает хорошо если общий смысл. То есть, те моменты, где речь заходила о штуках приземлённых, вроде денег, она ещё могла воспринять и удобоваримо уложить в голове — сказался опыт в делах торговых, который, как известно, не пропьёшь. Примерно раз в пару минут ей хотелось встать и от души поаплодировать Казначею, потому что ну нельзя быть на свете скотиной такой! Сколько ей пришлось бы учиться, чтобы вот так вот оперировать фактами и выворачивать торги в свою пользу? Страшно и представлять.

Бывали, однако, моменты, когда она не воспринимала сказанного от слова совсем: вроде бы и слова обычные, и смысл где-то рядом, а поймать его за хвост удавалось с большим трудом. Особенно обидно это было ввиду того, что некоторые разговоры затрагивали её лично. 

— ...Наши человеческие друзья ныне особенно болтливы и веселы, благосклонно принимая положенные угощения, — вещал волк по имени Воргу. — Чрезмерную активность удается пресекать благодаря стараниям благодетелей, присутствие которых оговаривалось на малом Многоликом совете. Тем не менее, количество добрых людей, озабоченных всемирным благополучием, все ещё велико. 

— Услышано, — ответил Тир, которого Ирейн едва узнавала в этом высокомерном холодном нелюде с разом похолодевшими глазами. — Благодарю за предупреждение.