Твоя внешность это и статус, и билет в жизнь, и проклятье — если тебе с ней не повезло. С другой стороны, такие вещи можно исправить, имея время, деньги и желание. Ирейн, судя по всему, станет княгиней, так почему бы не попросить о небольшой услуге?..

— Вы можете задержаться? — попросила она быстро. — Мне нужно будет, чтобы вы помогли кое-кому. 

— Разумеется, — прощебетали девицы. — Ваша воля — закон, Княгиня.

Ирейн чуть нервно передёрнула плечами. Иногда это весьма сложная диссоциация, когда мысленно ты называешь себя трактирщицей, а остальные — княгиней. Дурацкая ситуация, но отчего бы не попытаться выжать из неё немного выгоды для Фло? Кем бы она ни была для остальных и что бы не натворила, для Ирейн эта женщина оставалась частью семьи. 

*

— Ирейн, милая, ты уже... Хм?

Тир уставился на неё, и его зрачки вытянулись, а на лице проступило какое-то непонятное хищное выражение.

— Тебе не нравится? — уточнила она неуверенно, — Возможно, они немного переборщили с золотом, и вообще, это чересчур...

— Ты прекрасна, — сказал дракон, — Мне вот начало казаться, что оборотни подождут, потому что лично я хочу провести исследования.

— Какие?

— Надо же разобраться, блестит ли твоя кожа под платьем тоже?

Ирейн улыбнулась и, шагнув к нему, страстно поцеловала, пока хватало воздуха. Ибо — почему бы и нет? 

— Предлагаю сначала все же встретиться с оборотнями, — шепнула она, отстраняясь и чувствуя руки Тира на нижних стратегических местах. — А то жаль будет работу девочек. А потом... я согласна на исследования, желательно длительные и обстоятельные. 

Он улыбнулся и провел ладонью по её волосам.

— Ты похожа на сказочную принцессу, — шепнул он восхищенно. — Я в детстве любил читать сказки о драконах, рыцарях и принцессах. В моем любимом сборнике была картинка, которая мне безумно нравилась —величественная, прекрасная и сияющая. Ты как будто сошла с неё.

— Спасибо, — улыбнулась Ирейн. — Вот уж не подумала бы, что драконы тоже читают подобные сказки! 

— А что такого?

— Ну не знаю. Всё же, рыцарь обычно в конце побеждает и забирает девушку себе...

— Что за ерунда? — Тир искренне возмутился. — Нет, конечно! Всегда побеждает дракон! Вот моя любимая сказка, например, называлась «Дракон зелёной рощи». Там несчастную принцессу силком заставляют выйти замуж за рыцаря, злобного, глупого и жадного, как многие люди. В день перед свадьбой она убегает в лес, забредает так далеко, как только может зайти, и встречает там прекрасного юношу, с которым они говорят до рассвета...

— Так, я начинаю улавливать динамику, — хихикнула Ирейн. — Парень оказался драконом?

— Ну конечно! — улыбнулся Тир, — А принцесса — его истинной парой, но они долго не могли этого понять, потому что, когда он украл её со свадьбы, все её тело было покрыто тканью. А потом подлый рыцарь сговорился с её отцом, выманил из драконьего логова, чтобы спрятать в самой далекой башне. Тогда дракону пришлось перелететь горы и моря, сразиться с армией рыцаря, но потом...

— Понятно-понятно, — рассмеялась Ирейн. — Мне читали в детстве сказку с точно таким же названием, но из башни девицу спасал рыцарь... Наверное, все сказки на самом деле одинаковы, меняются только роли в зависимости от этнического контекста. Думаю, какие-нибудь шкафные монстры рассказывают своим детям чудесные истории, в конце которых радостно сжирают капризного человека — такой вот у них счастливый конец. 

— О, разумеется! — фыркнул Тир, подхватывая её на руки так, словно она ничего не весила — впрочем, по драконьим меркам, наверное, так оно и было, — Когда-то я откопал в нашей фамильной библиотеке «Сказки фейри»...

— О боги, я не хочу даже воображать...

— Правильно! Их должен читать лишь тот, у кого весьма крепкий рассудок. И желудок. 

— Тир, поставь меня на пол, а то увидят... 

— И что? — спросил дракон философски, но на первом этаже просьбу таки выполнил. — Идём, буду знакомить тебя с представителями клана Волков!

— О, — пробормотала Ирейн, увидев за столиком в глубине зала знакомую троицу. — На самом деле, мы уже встречались... 

— Да? И где же это? 

— Они останавливались тут несколько дней назад, ещё до твоего пьяного явления, — поспешила пояснить она, заслышав в его тоне, якобы небрежном, печально знакомые ноты. Точно, драконы же ревнивые... Ирейн подавила вздох. 

Ревность может казаться приятным переживанием, если тебе семнадцать, и ты не можешь решить, кому из симпатичных мальчишек дать на празднике плодородия. Эти милые интриги, подсчет количества улыбок, возможность крутить хвостом и безответственно флиртовать, поцелуи украдкой, со всеми по очереди, ибо — почему бы и нет?

Да, это весело в семнадцать. 

К тридцати, к сожалению, веселья убавляется, и обнажается истинное лицо ревности — не особенно приглядное, если уж по-честному.